| So you've come back to our corrupt Babylon," she said, giving him her tiny, yellow hand, and recalling what he had chanced to say early in the winter, that Moscow was a Babylon. "Come, is Babylon reformed, or have you degenerated?" she added, glancing with a simper at Kitty. | Опять приехали в наш развратный Вавилон, -сказала она, подавая ему крошечную желтую руку и вспоминая его слова, сказанные как-то в начале зимы, что Москва есть Вавилон. -- Что, Вавилон исправился или вы испортились? -- прибавила она, с усмешкой оглядываясь на Кити. |
| "It's very flattering for me, countess, that you remember my words so well," responded Levin, who had succeeded in recovering his composure, and at once from habit dropped into his tone of joking hostility to the Countess Nordston. "They must certainly make a great impression on you." | -- Мне очень лестно, графиня, что вы так помните мои слова, -- отвечал Левин, умевший оправиться и сейчас же по привычке входя в свое шуточное отношение к графине Нордстон. -- Верно, они на вас очень сильно действуют. |
| You're busy with the district council, though, aren't you, and can't be away for long?" | Ведь вы, кажется, мировым земством занимаетесь, и вам нельзя надолго. |
| "No, princess, I'm no longer a member of the council," he said. "I have come up for a few days." | -- Нет, княгиня, я не занимаюсь более земством, -сказал он. -- Я приехал на несколько дней. |
| "There's something the matter with him," thought Countess Nordston, glancing at his stern, serious face. "He isn't in his old argumentative mood. | "Что-то с ним особенное, -- подумала графиня Нордстон, вглядываясь в его строгое, серьезное лицо, -- что-то он не втягивается в свои рассуждения. |
| But I'll draw him out. | Но я уж выведу его. |
| I do love making a fool of him before Kitty, and I'll do it." | Ужасно люблю сделать его дураком пред Кити, и сделаю". |
| "Konstantin Dmitrievitch," she said to him, "do explain to me, please, what's the meaning of it. You know all about such things. At home in our village of Kaluga all the peasants and all the women have drunk up all they possessed, and now they can't pay us any rent. | -- Константин Дмитрич, -- сказала она ему, -растолкуйте мне, пожалуйста, что такое значит, -вы все это знаете, -- у нас в калужской деревне все мужики и все бабы все пропили, что у них было, и теперь ничего нам не платят. |
| What's the meaning of that? | Что это значит? |
| You always praise the peasants so." | Вы так хвалите всегда мужиков. |
| At that instant another lady came into the room, and Levin got up. | В это время еще дама вошла в комнату, и Левин встал. |
| "Excuse me, countess, but I really know nothing about it, and can't tell you anything," he said, and looked round at the officer who came in behind the lady. | -- Извините меня, графиня, но я, право, ничего этого не знаю и ничего не могу вам сказать, -сказал он и оглянулся на входившего вслед за дамой военного. |
| "That must be Vronsky," thought Levin, and, to be sure of it, glanced at Kitty. | "Это должен быть Вронский", -- подумал Левин и, чтоб убедиться в этом, взглянул на Кити. |
| She had already had time to look at Vronsky, and looked round at Levin. | Она уже успела взглянуть на Вронского и оглянулась на Левина. |
| And simply from the look in her eyes, that grew unconsciously brighter, Levin knew that she loved that man, knew it as surely as if she had told him so in words. | И по одному этому взгляду невольно просиявших глаз ее Левин понял, что она любила этого человека, понял так же верно, как если б она сказала ему это словами. |
| But what sort of a man was he? | Но что же это за человек? |
| Now, whether for good or for ill, Levin could not choose but remain; he must find out what the man was like whom she loved. | Теперь, -- хорошо ли это, дурно ли, -- Левин не мог не остаться, ему нужно было узнать, что за человек был тот, кого она любила. |
| There are people who, on meeting a successful rival, no matter in what, are at once disposed to turn their backs on everything good in him, and to see only what is bad. There are people, on the other hand, who desire above all to find in that lucky rival the qualities by which he has outstripped them, and seek with a throbbing ache at heart only what is good. | Есть люди, которые, встречая своего счастливого в чем бы то ни было соперника, готовы сейчас же отвернуться от всего хорошего, что есть в нем, и видеть в нем одно дурное; есть люди, которые, напротив, более всего желают найти в этом счастливом сопернике те качества, которыми он победил их и ищут в нем со щемящею болью в сердце одного хорошего.
|