Разбудили ее крики на палубе. Там какие-то люди очень громко разговаривали и хохотали. Их было много. Несколько человек. Анна тут же испугалась, подскочила, заметалась по каюте, не зная, что теперь делать дальше. Вся крикливая компания прошла в большую кают-компанию, и на палубе стало тише. Но ее не оставили без внимания, дверь открылась и появился «турок».
– Ну, как ты тут? Выспалась? К нам приехали гости. Я не буду тебе что-то врать и придумывать. Они приехали за твоим телом! Да! Мы тебя продаем за бабки! Нам же надо вернуть своё! Не бойся. Приехали очень приличные мужики и богатые! Не много! Всего трое! Ты троих запросто осилишь! Да? У меня есть предложение. Ты винишка нашего выпей, и будет проще! Будет все равно! Да? Как ты думаешь? Подогнать вина?
Анна сидела на кровати совершенно опустошенная и после молитвы, и после слов, которые только что прозвучали в ее адрес. Она была для них не человек, а средство зарабатывания денег. Она была сейчас для них самая настоящая ПРОСТИТУТКА!!! Низшее существо с самого дна человеческого общества, которых они знали в своих портовых кабаках. Им было глубоко наплевать на ее генетические корни, ее маму, вместе со всем ее вокалом, на все семейство Бартолини, веками добивавшегося высокого места в человеческой иерархии. На генный фонд ее отца, не последнего чиновника немецкого государства, имевшего два высших образования. На ее вокальный дар певицы с четырьмя с лишним октавами, и количеством арий переваливших за триста, включая ее выступления по главным площадкам мира и в Главном Оперном Театре Мира – Ла Скала! И ничего с этим поделать в эту минуту времени было нельзя.
Выбора было только два: один – выбросить свое тело за борт, а второй – напиться до бесчувствия вина и ничего не понимать, что с ней происходит! А раз так, пускай лучше напоят ее вином, чтобы она ничего не видела и ничего не понимала! Так для нее будет проще….
– Хорошо. Принесите мне вина и только потом…, через полчаса или позже. Это моя единственная просьба. Да. Лучше если они будут по очереди, и с интервалом. Не все сразу. А то я не выдержу и умру от ужаса, мерзости, грязи и брезгливости….
Та ночь прошла тоже, как в тумане. Напившись вина и потеряв ориентиры, Анна отпустила свои внутренние тормоза и постаралась почаще проваливаться в сон….
Так прошло ещё целых три дня. Все эти дни какие-то люди подъезжали на катере, уезжали обратно, поили Анну вином, сами пили и орали на палубе песни, несколько раз заставляли Анну петь им арии или песни, а некоторые отчаянные даже купались, несмотря на то, что была уже осень и вода в океане оказалась очень холодной.
Как-то, во время такого купания, Анна стояла на палубе яхты, и ей так захотелось взять и выброситься своим красивым телом в эти холодные, темные и глубокие воды, а потом достать до черной глубины дна, улечься на бочек, и уснуть там, чтобы навсегда прекратить ту душевную муку, которая бушевала у нее в груди….
«Турок», как почувствовал это, и успел оттащить Анну от края, а потом нахлестать по щекам и затолкать в каюту. Анна рыдала без остановки почти час, облегчив напряжение внутри себя, чтобы опять напиться вина и опять потерять все рычаги управления над собственным Я….
Иногда она выныривала из тумана, смотрела на окружающий ее мир, ужасалась происходящему с ней и опять погружалась в туман небытия….
Глава тридцать девятая
Смертельный ужас
Утреннее солнышко светило ласково и само радовалась теплу, которое посылало на землю людям, а Анна сидела в шезлонге совсем опустошенная, одинокая и брошенная всеми своими любимыми и друзьями. На душе у нее в голос выло от тоски и потерянности. Все ее прекрасное тело тоже ныло и болело! Суставы выламывало и хотелось немедленно что-то сделать! Хотелось оторвать от тела руки и ноги и выбросить в океан. Солнышко ее совершенно не радовало. Может это был «отходняк» или «ломка», как зовут такое состояние наркоманы, потому что она уже поняла, что ее элементарно посадили на наркоту!
Анна с ужасом поняла, что стала настоящей наркоманкой, раз у нее появилась «ломка»! Это самое страшное, что могло с ней произойти в этом огромном мире людей! Стать наркоманкой, это не та судьба, которую она себе хотела когда-нибудь! Даже тогда, в ранней молодости, в том сумасшедшем лесу, на той поляне, это были только игрушки, которые не привели к привыканию! Все прошло очень быстро и не оставило в ее теле никакого желаний на курнуть или ширнуться!
А сейчас? Сейчас у нее так ломает руки и ноги, позвоночник, все тело, что организм требует поправки и что-то принять внутрь! Но тело, это не самое главное! Самое главное и страшное это ее ребенок! Он что, тоже станет наркоманом? Боже, Боже! Господи! За что же ей все это? За что она сидит вот здесь, на палубе этой яхты, это все-таки что, наказание или воспитание? А если наказание то, за что? За Питэра? А если воспитание, то, что хотят Высшие Силы воспитать в ней или из нее? Хотя Питэр всегда говорил ей, что ни один человек не окажется не на своем месте, если ему это предназначено. Значит, ей предназначены такие страшные испытания? Или наказания? И за что эти страшные наказания? Испытания не могут быть страшными до ужаса, значит, это все-таки наказания! Потому, что куда уже может быть страшнее!!! Стать наркоманкой и проституткой!!! Господи!!! Боже, Боже….