Внутри у Анна все собралось в одну скрученную, как волчок спайку, такую сжатую, как пружину, что не было никаких сил шевелиться, потому, что жуткий страх зацементировал ее, как мертвую. Мелькали только мысли:
«Вот, значит, когда они нашли меня, эти нацисты! Цвет арийской нации. Те, которые собирались поставить в стойло всех дойных коров мира! Теперь понятно, кто меня похитил и зачем! Это поэтому они будут пытать меня! Они будут требовать документацию Питэра! Не смогли заполучить документы у самого Питэра, постараются заполучить их у меня! Боже! Боже! Что же теперь будет? Они действительно способны пытать так изощренно, как в концлагерях, чтобы документы сто процентов оказались у них. Боже, как же страшно! Они будут пытать меня сами, а бандиты, это для отвода глаз. Изначально все было так и подготовлено, а бандиты, это просто временно! Черновая работа. Бойцы удачи. Они будут меня сейчас пытать, пытать долго и изощренно, как научились при Гитлере, а потом или выбросят за борт или заберут с собой в свои концлагеря! Что же я могу против них сделать? Что смогу сделать?»
Анна тихо сходила с ума от страха! Внутри все окончательно задеревенело! Она ожидала всего чего угодно, но только не такого! Прошло достаточно времени, никто из врагов Питэра не появлялся, и вот, пожалуйста! Эти три старых деда точно были цветом пыток концлагеря Освенцим! Она читала об этом в книгах и газетах. Над людьми там устраивали такие пытки, что выколачивали из них все, что хотели! Готова ли она терпеть страшные пытки и сохранит ли тайну нахождения документов Питэра? Как собрать себя в единый кулак, вытерпеть еще и сумасшедшую физическую боль и не сломаться? Нужно их просить о пощаде! Но если они пришли за документами, никакие просьбы их не убедят! Они их не услышат! Потому что они и пришли пытать! Пытать женское тело!
От страха Анна потеряла ориентиры, и ей вдруг показалось, что она висит головой вниз, подвязанной на кресте и этот крест сейчас будут поджигать, и загорится она как факел, и будет кричать от смертельной и сумасшедшей боли, а они будут смеяться и требовать: – отдай документы!
– Ты еще не знаешь, что на самом деле боль бывает разная! – усевшись к Анне в ноги, вкрадчиво доносил до нее лысый старикашка, с коричневыми пятнами старости по голому черепу, а она слушала, как через вату и не понимала ни слова. Она ждала увидеть факел, вот сейчас увидеть факел, и собралась от страха в кулачек. – Есть боль жертвенная! Эта боль и есть нужная нам. Жертвенная боль идет из души, она раскрывает самые тонкие и чувственные струны ее! Это энергия! Другая энергия! Когда человека пытаешь, у него выделяется энергия другого свойства! Мы тебе покажем! Ты будешь счастлива! Это очень красивое чувство и необычная энергия! Она нас кормит!
– Вы это все говорите серьезно? – трясущимися и холодными губами выговорила Анна. – Вы будете пытать меня для какой-то вашей энергии и всё? – Анна даже поперхнулась и в горле переклинило.
Боже мой! Это было не то, что она сама себе придумала от ужаснейшего страха внутри себя! Эти дедушки были самыми настоящими извращенцами и всё! Им не нужны были никакие документы! Это были мерзкие, похотливые, старые сволочи со своими мерзкими и низменными страстями, и всё! Она читала в журналах, что сейчас в Европе это очень модно, хлестать друг друга плетками, и надевать на лицо намордники. Значит, эти дедушки тоже любят такую мерзость? От такой неожиданности у Анны все тело покрылось потом, а по спине потекли ручейки. Это было освобождение от страшных мыслей, которые выходили из организма таким образом!
– И что же вы собираетесь со мной делать? – Анна смотрела на дедов по очереди, все еще не до конца понимая, что сейчас будет! И что на самом деле здесь вот сейчас происходит!
Еще один старик встал перед Анной на колени и стал гладить ее по лицу, по щекам, по голове, приговаривая:
– Какое красивое лицо! Эталонное! Вы видели, какой маленький ротик? Я в молодости был большим любителем минета! Кстати, королевой минета была Клеопатра! Ее так и звали египтяне «сладкие губки»! Я даже помнил, как это на местном диалекте! Я сейчас уже не могу, а когда был молодым, меня больше всего возбуждало само действо. Люблю смотреть! Обожаю! Надо потом позвать одного из бандитов покрепче и посмотреть! Это очень приятно! Когда такое тело будет корчиться в удовольствии от необыкновенного проникновения! Меня раньше это так заводило! Ужас! Я даже мог добавить! Похлестать тело еще и плеткой! Когда по телу капли крови, а потом они смешиваются со спермой! Это кайф! Я обожаю!