В горле пересохло так, что невозможно было вымолвить ни слова. Ання хотела спросить, где здесь выход и есть ли он вообще?
Питэр понял, что с ней, и тут же налил воды из бутылки. Анна пила воду и стучала зубами о край стакана так громко, что слышно было на весь кабинет.
– Анечка. Да успокойтесь вы! Ничего страшного не произойдет, поверьте мне. Если вы не хотите ни в чем участвовать, мы не будем вас привлекать. Просто жалко смотреть, когда такая красота пропадает просто так, а могло бы появиться на свет много таких же очень красивых людей. – говорил Питэр очень ласковым голосом, отчего ей становилось еще страшнее.
– Я… я должна подумать. – еле выдавила она из себя. – я сейчас сразу не готова. Можно вы меня отвезете наверх? Я вам клянусь, что о моем посещении вашей лаборатории не узнает ни один человек на свете. – добавила она дрожащим голосом.
– Девочка моя. Мы не занимаемся криминалом и бояться нам нечего, поэтому мы не будем требовать от вас конфиденциальности и прочих строжайших тайн.
Глава двадцать вторая
Концерты
Несколько суток Анна не выходила из своих апартаментов. Она боялась показаться Питэру на глаза. Ей казалось, что он может так пронзительно посмотреть на нее, что она, как подопытный кролик, поднимет лапки кверху, поползет к нему на коленках, и готова будет от страха на любые эксперименты с ее участием.
Она валялась в кровати, и даже бассейн был для нее уже недоступен, так она решила сама. Тоска наваливалась на душу, а в голове крутились волчками разные страшные мысли, которые переходили в ночные видения или сон, трудно было понять. Снилась такая галиматья, что не верилось в то, что такие сны бывают вообще!
Один сон разбудил ее ночью собственным криком! Ей снился тот самый вечер, когда она его поцеловала прямо во время танго, и он увел ее в машину. Машина стояла немного за углом здания, и это оказалось замечательно, потому что добраться до виллы они сразу не смогли бы ни за что. Им помешала бы безумная страсть, которая выплеснулась из них сразу и очень бурно! Они вцепились друг в друга, и жаркие поцелуи мешали понимать происходящее.
Когда и как Анна оказалась совершенно обнаженной? Почему она задыхалась от жгучего желания, а он все тянул и тянул, доводя ее до состояния почти потери сознания…? В то время, когда она жарко кусала его за шею, мочку уха и требовала немедленной близости, он все тянул и тянул…, она не понимала почему, точно так же, как и не смогла сдержать громкого крика, когда эта близость состоялась, и ее пробило током от пяток и до спазм в горле….
На широком диване заднего сидения и случилась настоящая брачная ночь Анны…, и случилась очень яркая…., но во сне….
Она закричала не от страха, а от оргазма и ощущения были такими яркими и живыми, что ей показалось, он лежит рядом.
Анна подскочила в кровати, как ошпаренная и огляделась. Она была одна, никто к ней не приставал и не овладевал ею насильно…! Вот это да…!
Жизнь ее теперь круто изменилась.
Она вдруг оказалась в изоляции. В глухой изоляции. Никто не приходил в гости, не звонил, не разыскивал ее, никому она была не нужна. Что писали газеты, она не знала, потому что не видела прессу вообще. Айшария улетела на съемки в Индию, телефон Криса не отвечал и даже Марко сбрасывал ее вызовы, как будто был обижен или сильно занят. Эта изоляции могла свести с ума кого угодно! Не с кем было поделиться своими страхами, и догадками. А в голове крутились страшные предположения про опыты с людьми, и рисовалась ужасные картины ее туманного будущего….
Но тут началась следующая серия этого «Марлезонского балета». К ней в гости зачастил Питэр. Он стал ненавязчиво интересоваться, не желает ли она чего-нибудь вообще?
Вначале Анна качала головой, отворачиваясь и отказываясь от его услуг, но однажды не выдержала, вышла навстречу и на его очередной глупый вопрос громко брякнула:
– Желаю! Петь желаю. – и выдала в пространство парка свою любимую арию Абигайль.
Дедушку пробил нервный смешок, он постоял молча, постоял, послушал и удалился.
На следующий день, как из-под земли вдруг нарисовался Кристиан с совершенно сумасшедшим предложением. Он, видите ли, отсутствовал так долго, потому что договаривался и теперь окончательно договорился с самыми большими театральными площадками Америки, «Карнеги-холл» и Нью-Йоркским «Метрополитен опера» на оперный концерт с участием знаменитостей и в том числе ее, Анны, по одному концерту под управлением дирижера Джеймса Ливая.