– Мадам. Ваш муж умер. Сожалею.
Вот тогда Анна и упала в обморок. Она не помнила, как это произошло. Помнила только, что свет потемнел, все куда-то поплыло, поплыло…, и уплыло…, проваливаясь в черноту….
Она обнаружила себя уже в больнице. Анна лежала на кровати, в белой комнате, а вокруг медленно плавали какие-то белые тени, иногда наклоняясь над ней….
Потолок плавал тоже и пытался упасть прямо на нее, стены наклонялись и тоже плавали, изображая танец кривых зеркал. Звук был заторможенный и тягучий. Кто-то у нее что-то спрашивал, но она не понимала, кто и что, потому что видела перед собой только чей-то расплывчатый силуэт, который издавал тягучие звуки, а потом медленно потух и опять провалился в черноту.
Что было потом, она не знала. Не знала, что сутки была без сознания, а врачи делали полный анализ состояния ее организма. Не знала, что было заведено расследование, потому, что нашлись сомневающиеся, которые считали, что просто так не может взять и умереть человек пожилой, он может быть только убит! Так любила щекотать себе нервы американская публика, а журналисты ей в этом помогали, подогревая огромными заголовками в ведущих газетах и журналах всего мира. А как же! Такая сенсация!!!
Глава тридцать первая
Вдова
Дальше жизнь Анны помчалась галопом так стремительно, что она за ней с трудом поспевала. Оказалось, что самый первый день, когда она пришла в себя, был самым тихим, видно неприятности только готовились к нападению, а потом набросились на Анну со всей своей чудовищной силой!
Тот первый день, а точнее вечер, оказался единственным, когда она смогла побыть одна и в душе своей понять всю катастрофичность трагедии, произошедшей с ней. Чтобы собрать в кулак все свои силы и не только простить жизни этот удар, но и дать своей Душе возможность проститься с Питэром хотя бы телепатически. Потому что потом события навались друг на друга, а все вместе на Анну, пытаясь ее раздавить и уничтожить окончательно.
В тот первый день, когда она открыла глаза, посмотрела вокруг и вдруг обнаружила себя в клинике, Анна очень удивилась этому, но так и не поняла, что она здесь делает? Находясь в какой-то безвоздушной прострации, она вначале, ничего не понимала вообще. Особенно не понимала – почему вокруг нее находятся какие-то неизвестные ей и непонятные люди, которые что-то от нее хотят и задают с умным видом непонятные вопросы?
Она вспомнила через вату, что эти люди уже приходили, уже находились в комнате с самого утра, и все задавали и задавали свои глупые вопросы. Анна не понимала, кто они и почему спрашивают про ночь и про Питэра? Почему называют эту ночь ночным кошмаром и требуют ответить о ее отношении к произошедшему? Анна ничего не понимала, и ничего не помнила ни про какой ночной кошмар! Может быть, он выскочил из ее головы? Почему и что они спрашивают про вчерашний вечер и ночь?
Она помнила вчерашний вечер с того момента, когда они танцевали танго и Питэр наклонял над ней свое лицо…, дальше был провал…, и вот теперь эти вопросы….
Пришел врач, это Анна поняла, потому что он был в белом халате. Он отправил всех посетителей в коридор и потом объяснил Анне, что это были представители полиции в штатском и ей придется отвечать на их вопросы, и отвечать обязательно.
Это Анна тоже поняла, хотя и слышала врача тоже как через вату, с трудом. Он говорил медленно и гнусавя.
– Так это была полиция? – удивилась Анна. – И что здесь делает полиция? И зачем они будут меня о чем-то спрашивать?
– Вы помните, что было прошлой ночью? – спросил врач.
– А что было прошлой ночью? – переспросила Анна. – Я ничего не помню. Я вообще ничего не понимаю! Что происходит?
– Вас доставили в клинику в глубоком обмороке, по причине смерти вашего мужа Питэра Хиггинса. Вы это помните? – спросил врач.
– Как, смерти моего мужа? Вы сказали, что Питэр умер? – Анна смотрела на врача с непониманием в глазах. – Я вчера ужинала с моим мужем у нас в столовой, и мы с ним танцевали танго. Он был совершенно здоров. Он наклонил надо мной голову и поцеловал…, а дальше я ничего не помню.
– Мы констатировали у вас частичную амнезия. Вы не помните то, что ваш организм отказался понимать и впускать в ваш мир. Защитная реакция. Вы случайно не беременны?
– Да. Я беременна, но с совсем маленьким сроком. Я это знаю, хотя время больных дней еще не подошло. Мы с мужем планировали ребенка и специально готовились к нему. Вот он и пришел. Мой мальчик. – Анна погладила себя по животу.
– Возможно, таким вот образом, ваш организм защищает плод. Но, к сожалению, вам придется все вспомнить, потому что у полиции есть к вам много вопросов. – голос у врача стал более нормальным, не таким тягучим и Анна его уже понимала.