– Да, ты знаешь. Это же мне рассказывали два очень пожилых человека и даже погружали в гипноз, но я не помню мужчин, которые в тех жизнях были рядом со мной. Возможно, нужно сосредоточиться и вспомнить? Может быть, он был рядом всегда, раз родил во мне такие глубокие чувства?
Они говорили долго, и он все время переводил разговор на завтрашний день, и на ее будущее. Он доказывал Анне, что прошлое, конечно же, существует, но всегда для будущего! Что она должна себя настраивать на это будущее, в котором у нее еще будет жизнь! Обязательно будет новая жизнь! И в этом завтра у нее очень большая жизненная программа! Она не должна забывать, что Питэр оставил ей такое будущее, которым не могут похвастаться очень многие люди! Он оставил ей детей!
– Если не будет завтра, – говорил Майк. – зачем же было тогда Питэру прилагать к будущему столько усилий? Зачем рождать на свет белый этих детей? С таким же успехом можно было бы жить самым обыкновенным, очень богатым человеком. Но, он же им не стал! А ты вытащила лотерейный билет, по которому тебе достался именно он и ты несешь ответственность за все его дела! Ты обязана стать очень сильной! И обязательно очень счастливой! И ты и дети!
– Я знаю это, но не знаю с какой стороны подступиться к такому сложному вопросу. – Анна вздохнула. – Он умер так внезапно, на самом пике нашей прекрасной, нашей красивой, нашей необыкновенной жизни! Просто все так стремительно оборвалось! Хотя он и готовился к этому заранее, как чувствовал, но, наверное, я не до конца была готова к такому повороту событий так быстро!
Анна тихо заплакала.
– Бедная моя девочка. Тебе сейчас очень непросто будет выживать, зная, что за тобой стоит целая вереница подрастающих детей, а напротив тебя ощетинившиеся копьями враги! Я буду стараться помогать тебе всем, чем смогу.
– Не бросай меня. На самом деле у меня очень мало настоящих друзей. – горестно констатировала Анна.
– Понимаешь. Нужно использовать настоящее сегодня и сейчас, чтобы стать кем-то в будущем. Эту мысль ты должна нести всегда и передать ее уже теперь твоим детям! Ты должна стать мудрой, сильной, сострадающей! Ведь наше и настоящее, и будущее, так скоротечны! Ты же имеешь свой идеал? Имеешь! Это наш Питэр! Нам всегда нужно четко представлять этот идеал и идти к нему для достижения наших целей. А наши главные цели и действия – защитить интересы нашего дорогого Питэра, твои интересы и интересы ваших детей! И ты хочешь кому-то уступить эти права? Нет и еще раз нет! Это и есть наши цели и наши интересы! И никому мы их не отдадим! Правильно?
– Да! Правильно! Тем более, что я жду от Питэра ребенка! – Анна даже покраснела.
– Правда? Радость-то какая! Поздравляю! Если у нас произошло такое радостное событие, мы тем более должны взять себя в руки, сосредоточить свои силы и дать достойный отпор всем широко раскрывшим рот на наши материальные ценности! Правильно я думаю?
– Наверное, да! Правильно. Это же наше право. Да? Нам его дал Питэр и именно он хотел, чтобы оно осуществилось.
– Да! Именно он! И нечего думать как-то по-другому! Я с тобой! И это есть самое главное!
– Когда человек в этом мире не один, ему становится совсем не страшно! – Анна обняла, и поцеловал Майка в щечку, как бы закрепив этим поцелуем их устный договор. Поставила печать!
– Завтра с утра мы спокойно разберем все бумаги, просмотрим еще раз завещание и все возможные лазейки, которые наши противники могут выставить против нас. Мы должны быть во всеоружии…
– Кажется, и я созрела к борьбе…. – Анна горько вздохнула.
Глава тридцать третья
Наследственный суд
Судья оказалась темнокожей, пожилой и худенькой женщиной в очках с сильной диоптрией. Она подслеповато рассматривала Анну, племянников, адвокатов как с той, так и с другой стороны. Что-то из увиденного ей явно не понравилось, поэтому вид она делала очень недовольный.
Анне казалось, что в данном процессе самой отрицательно возбуждающей единицей для судьи была именно она, хотя сегодня она оделась так скромно, как не одевалась со времен училища в Ла Скала. Тонкий, черный свитер под горлышко, черная, длинная юбка и даже черные колготки. Но судья дольше всех рассматривала именно ее, рассматривала с прищуром, на что сидевший рядом Майк шепнул на ушко Анне:
– Так! Жертва интернета. – и хихикнул.
Анна и сама это понимала. Сегодня она была для американской публики, как красная мулета для быка в руках тореадора.
Зал был забит до отказа. На сегодня в суде объявили развлечения в виде спора из-за наследства Анны Хиггинс с родственниками ее мужа Питэра Хиггинса! Аншлаг был обеспечен не только в зале суда, потому что все остальное пространство забили журналисты как с фотоаппаратами, так и с телекамерами, которые постараются сегодня же привезти в возбуждение всю остальную американскую публику, развлекая выдержками из ее жизни!