За подтверждением анимагической формы необходимо было обратиться к Снеггу. Лучше я жабу поцелую, чем к этому снобу обращусь!
Профессор зельеварения больше меня не дёргал, только поджимал губы и щурил глаза. Его уроки теперь проходили в тишине — профессор писал задание, садился за стол и проверял наше эссе. Варка, нарезка, ингредиенты — наша проблема. На мой взгляд — это лучше мельтешения и комментариев.
На Чарах я старалась не высовываться, отговариваясь большой нагрузкой на других факультативах. И не врала — я брала очень много заказов, лишь бы не встречаться с карликом.
Профессор Биннс так и продолжал рассказывать монотонно и нудно о гоблинских восстаниях и способах уничтожения зеленошкурых.
Стебель радовала минимальным количеством заданий на каникулы.
Тем временем школа готовилась к очередной игре в квиддич, назначенной на середину мая — после пасхальных каникул. Как и ожидалось, квиддичное безумие захватило всех: сначала мантии, шарфы и шапки, а после победы Гриффиндора — снова шарфы с именами игроков и свитера. Длилось это дело две недели, пока не наступили экзамены.
Нумерологию мне и Нотту зачли, что называется, «автоматом», вызвав негодование у одной гриффиндорской ученицы. На Рунах требовалось рассчитать цепочку для тканей, а на Каббалистике начертить октограмму и описать ритуал с её участием. Недолго думая, я начертила ловушку для гоблинов. Видимо, профессор как-то договорилась с Биннсом, и на Истории Магии мне просто поставили «Превосходно» на чистом пергаменте, не задав ни одного вопроса. Трансфигурация и Чары были посложнее — требовалось превратить неживой предмет в животное просчитанной анимагической формы и применить к нему чары изменения цвета и размера.
Зельеварение было похоже на обычный урок, разве, что рецепта на доске не было. Снегг углубился в проверку каких-то эссе и не заметил (или сделал вид), как мы нагло заглядываем в справочники.
Травология была самой лёгкой — профессор Стебель попросила собрать урожай с Хогвартских грядок. Астрономию мы сдавали ночью — чертили карты и подписывали звезды.
А вот на ЗОТИ опять случился конфликт. Люпин придумал полосу препятствий, где встречалась абсолютно вся нечисть, что мы проходили.
— Мисс Блэ… простите, Морозова, прошу, — вызвал меня преподаватель.
Красные колпаки, гриндлоу, фонарник, гномак и ещё целая куча мерзкой фауны ждала в зачарованном кабинете, стилизованном под болото. От Милли я уже знала, что самым последним, в дупле дерева, будет боггарт. Поэтому, забравшись в дупло дуба, я не стала ждать, когда учебное пособие приобретёт образ дяди Жени, а шарахнула по нему заклинанием ещё до того, как тот вылез из сундука.
— Выше ожидаемого, мисс Блэк, простите, Морозова.
— Я же прошла всю полосу!
— Вы не дали оформиться вашему страху, — ответил профессор, протягивая мне пергамент с оценкой.
— Suka! — сказала я, взяв листок, и до того, как Люпин успел что-то сказать, покинула кабинет.
Отомстил, гад! Вася всё-таки насрал ему в ботинки и испортил пару учебных пособий, а мне за это занизили оценку.
Всё, можно выдохнуть — последний экзамен сдан. Теперь остались два проекта — хрусталь и рунное вязание.
— Мау, — послышался голос рыжего кота, едва я вошла в гостиную.
— Что мяву? Гулять пойдёшь?
— Мав!
— Ночевать явишься?
— Мр-р-р-р, — ответил кот, потёрся о мои ноги, затем в два прыжка оказался на подоконнике и отправился гулять.
Я подошла к большой факультетской доске, на которой уже отражались результаты экзаменов.
Астрономия — П
Трансфигурация — В
Чары — В
Руны П
Нумерология — П
Каббалистика — П
Зельеварение — П