Джессика была удивлена, что критических дней у меня так и нет, но её успокаивало, что волосы-то растут, а, значит, процесс полового созревания всё же идет. Её заинтересовал необычный цвет волос в подмышечных впадинах и на лобке (да-да, в кабинете гинеколога она присутствует). Тогда и выяснилось, что я не блондинка — я седая. Новость не то, чтобы стала для меня шоком, но была неприятна. Это же как надо было испугать ребенка, что абсолютно все волосы на теле стали белыми? Разбираться с этим не хотелось, выяснения обстоятельств данного феномена было отложено до лучших времен.
К началу учебного года я вытянулась, и теперь меня можно принять за второкурсницу. Почему я не тяну на девочку третьего курса школы? Сисек нет! Точнее, есть, но эти два прыща на теле грудью назвать язык не поворачивается. Честно говоря, меня это не волновало — нет, и слава Мерлину или кому там. Меньше мальчики будут пялиться, отпускать сальные шуточки и звать на свидания. Спасибо, не хочу — проходила уже. Сначала прогулки вокруг школы, потом цветочки и подарочки, а затем куча претензий из разряда: не так стоишь (сидишь, дышишь, одеваешься, не в ту дырку сексом занимаешься — нужное подчеркнуть). Видимо, пора организовывать в волшебном мире феминистическое движение.
Равноправие у магов было весьма условным. Нет, женщина могла стать министром или там, начальником, но отношение к ней бывало не самое лучшее, и такие личности скорее исключение из правил. Про них говорили: «Ни котёнка, ни ребёнка, ни мужа. Заняться ей нечем». В понимании магов женщина должна сидеть дома, растить детей, заниматься бытом и работать с бытовой магией. А всё, что выше — только после того, как внуки пойдут, ну или делать карьеру под покровительством мужа, как Паддифут, или быть вдовой, как Малкин. Сейчас ситуация получше, чем, скажем, тридцать лет назад, но всё равно, главной жизненной целью любой волшебницы, по мнению английского магического сообщества, выйти замуж за чистокровного и богатого наследника, чтобы родить ему ребёнка. Одно из самых ярких исключений из правил современности — Беллатрикс Блэк. Она, под руководством Тёмного Лорда, добилась больших высот в боевой магии и проклятиях, но всё равно была замужем. Данный пример, как можно понять, играет далеко не в пользу женской части населения.
Магическая Америка в этом плане более толерантна. У коренных народов некоторые виды магии практиковали только женщины, а с приходом европейцев, которые в своей массе были магглорождёнными, преступниками или оставшимися без наследства и денег магами, граница между мужским и женским колдовством, определяющая место женщины в волшебном обществе, практически стёрлась. Нет, есть, конечно и ограничения, и стереотипы, но тыкать носом в то, что вместо семьи кто-то занимается наукой, не будут. Подумают, но вслух не скажут. Это еще одна из причин, из-за которой я хочу уехать. Что меня ждёт после Хогвартса в лучшем случае? Работа у Малкин или в ещё какой-нибудь волшебной лавке на уровне «принеси-подай-изготовь-не мешай». В худшем — долги рода Блэк и работа на гоблинов. Как вариант — пойти учиться у мастера, но тут же возникает ряд вопросов: «Кто будет учить?», «Возьмут ли меня?», «Сколько это будет стоить?». В США же есть реальный шанс получить статус подмастерья и открыть свой магазинчик. Сделать это в Англии просто нереально — волшебников мало, рынок давно поделен и рейдерский захват с применением магии никто не отменял. Своими невесёлыми мыслями во время пятичасового чаепития, точнее, поедания блинов, я поделились с опекунами. Вильям полностью поддержал меня, а Джесс посетовала на то, что нормального, не волшебного, образования я так и не получу. Мол, бумажки бумажками, а связи и знакомства заводятся именно во время учебы и лишними не будут.
Ближе к шести вечера приехали агенты по недвижимости, которые привезли очередных покупателей. Семья из трёх взрослых, двух детей и собаки мне понравилась. Я с удовольствием провела экскурсию по дому, дала потискать кота и угостила блинами. Похоже, коттедж продан.
— Анна, если бы ты всегда была такой милой, мы бы ещё в июле дом продали, — сказал Вильям, потягивая коньяк на террасе.
— Другие мне не нравились!
Это была правда. Я своим видом или аурой распугивала покупателей. То им окна не нравятся, то камин, то цена. Эта семья согласилась на предложенные условия и даже пообещали заплатить половину суммы в сентябре, а вторую половину в ноябре. В то время как другие хотели скидки в тридцать процентов и рассрочки платежа в несколько лет.
— Даже Грейнджеры?
— Особенно Грейнджеры! Их дочурка меня в бешенство приводит.