— Почему?
— Приводить гостей дозволено только декану. Ещё могут заходить старосты школы. Остальным — нельзя, — блондин и его гориллы скрылись в проходе, а через три минуты в него буквально выпихнули Миллисент.
— Булстроуд, — громко начала я, — давай поговорим.
— Энни, я…
— Дура ты! Пошли уже!
— Куда?
— Далеко!
Взяв подругу за локоть, я потянула её в сторону класса зельеварения.
— Там Снегг!
— Там пусто. Ваш декан куда-то ушёл, а Флинт в Хогсмите. Милли, что случилось? — спросила я, усаживаясь попой на учительский стол.
— Понимаешь, — ответила девушка, облокачиваясь об парту, — я… мы… это… деньги взяли.
— И? Ты из-за этого от меня бегала?
— Ну… Я думала, что ты… ну… это...
— Булстроуд, ты самая большая дура, что только есть на этом свете! — я спрыгнула со стола и обняла зарыдавшую подружку. — Ну, ты чего? Неужели наша дружба стоит каких-то там денег? Ты молодец, сделала всё правильно, мне опекун рассказал…
— Я рад, что вы нашли друг друга, — раздался за спиной голос Снегга, — но, пожалуйста, рыдайте где-нибудь в другом месте!
— Ой!
Я и Милли бегом покинули класс и направились в сторону гостиной Пуффендуя — оттуда точно никто не выгонит. По дороге я поведала подруге про свой контракт, а она про свой. Всё, как говорил Дэн, — оплата учёбы и немножко денежек на жизнь.
— Бабушке понравился твой план, — сказала Булстроуд, откусывая большое яблоко, сидя в кресле нашей гостиной, при этом наблюдая, как толпа первокурсников запускает бумажных журавликов Левиоссой.
— Какой? — не поняла я.
— Тот, где ты советовала тело в стазис и сделать вид, что ничего не произошло. Сможешь узнать условия поступления?
— Хорошо, узнаю. А куда ты хочешь?
— Куда получится. Охота выучиться на волшебного художника, но мне не принципиально.
— Художник — это уровень…
— Я знаю, Энн, знаю! Отучусь пять курсов и рвану к тебе. Пустишь?
— Пущу, конечно! Но оплачено…
— Hren с ним, с оплатой. Зато все думают, что я здесь до седьмого курса.
— Общение со мной на тебя плохо влияет, — рассмеялась я, — скоро материться по-русски начнешь.
— Ny i xyi c nim! — охотно выматерилась Милли, доедая яблоко и забирая ещё одно.
Дни потянулись, похожие один на другой как две капли воды. Уроки, факультатив, уроки. Я старалась загрузить себя по максимуму, чтобы времени на самобичевание, другие факультативы и встречи не хватало времени. Тот же Каркаров был не прочь со мной что-то обсудить, но директор ввёл новый приказ, по которому старостам в одиннадцать вечера необходимо было обходить помещения факультативов и провожать засидевшихся до гостиных. Поэтому, каждый вечер ровно в восемь тридцать Алисия Сметвик разгоняла всех по факультетам.
Уроки были похожи как две капли воды. На Рунах, Нумерологии и Кабалистике я высчитывала формулы и нюансы ритуалов. Трансфигурация, Травология и Чары — просто повторение. ЗОТИ — мы всё ещё разбирали «Империус» и его составляющие в других заклинаниях. По-моему, Грюм был не против того, что два факультета чего-то там чертили и спорили без его участия — бравый аврор устал от школьников и суеты. Зельеварение чаще всего проходило даже без преподавателя — рецепт на доске, ингредиенты в шкафу, так что варите всё сами. И только на Истории магии Биннс продолжал бубнить про гоблинов и методы войны с ними.
Время второго испытания наступило неожиданно быстро и проходило оно на озере — у чемпионов похитили их любовь, которую необходимо было достать со дна. Хм, я всё понимаю, но нельзя было подсунуть Поттеру ту же Джинни Уизли, а не Рона? Слухи-то пойдут… Впрочем, они и так ходят не самые приличные. Маги Англии не одобряли однополой любви, но, если такое случалось, то пальцем не тыкали. Поговаривали, что два закадычных друга Джеймс Поттер и Сириус Блэк были очень близкими друзьями — телами дружили. Сейчас Гарри припомнят его отца, дружбу с моим «папашей» и сравнят отношения с Уизли. Хотя Поттер твердолобый и не общается ни с кем, кроме Рональда и Гермионы — он даже не заметит.
Пока директор разговаривал с русалкой, я заметила старую знакомую в воде — мама Ичара и Индиры была в озере. Интересно, почему они делают вид, что не говорят по-английски?
Спрятав омнинокль, который записывал все приключения Флер Дэлакур в воде, я устремилась к берегу.
— Морозова, куда? — окликнул Тетчер.
— Туда, — я показала пальцем на русалок.
— Омнинокль гони.
Отдав наглому старшекурснику артефакт, пришлось припустить что есть сил.
— Здравствуйте, — сказала я, подходя к тому месту, где знакомая мне русалка вынырнула из воды.
— Здравствуй, Анна.