— Я сам многого не знаю. Мне тоже рот быстро заткнули и не спрашивай, как. Если основываться на том, что мне известно, то волшебники Англии возомнили себя богами и решили поиграть в сотворение нового мира. Королеве островов, церкви и обычному правительству это не понравилось. Плюсуй ещё и то, что другие страны тоже недовольны политикой магической Великобритании. Все нити ведут к двум людям — Альбусу Дамблдору и Генри Гринграссу. Ещё есть некая Боунс, но она сотрудничает с королевой и церковью.
— А Волан-де-морт? Пугало? Он же вернулся!
— Не скажу, что он пешка, но и не ферзь. Конь, может быть, ладья, но не больше.
— И кто его возродил? Дамблдор или Гринграсс?
— Не знаю. Правда, не знаю.
— То есть, маггловское правительство и церкви всей Европы и Америки недовольны Английским магическим обществом и для передела власти на Альбионе забросили в Турнир Гарри Поттера, заколдовали двух парней, чтобы они попытались изнасиловать школьниц и, наконец, когда всё провалилось, грохнули одного участника Турнира, возродив Тёмного Лорда. Ты понимаешь, насколько бредово это звучит?
— Сам в шоке, — весело отозвался Дэн, делая ещё одну затяжку. — Если не вдаваться в подробности, то да, примерно так.
— Бред.
— Энни, я очень тебя прошу — не лезь в это дело! Ты не политическая фигура. Да, с твоей помощью можно устранить Дамблдора очень легко…
— Но…
— Англичане, да и другие страны, теперь думают, что ты гражданка магической Америки, а просвещать в детали получения гражданства их никто не стал.
— Поэтому приехал Большой Отец?
— Если он захочет, то сам расскажет, почему приехал.
— Только не говори, что я теперь должна замуж за кого-то из его племени выйти.
— Нет. У него другие интересы.
— Какие?
— Сама спроси. Думаю, что он расскажет.
— Ты от темы не увиливай. Что там с гражданством?
— Англичане думают, что ты под покровительством Большого Отца, американского правительства и, к тому же, являешься наследницей…
— Сириуса Блэка, — перебила я, — да-да, знаю.
— При чём тут Блэк? Ты дочь Беллы и Рудольфуса, — удивился Дэн и, глядя на мое шокированное лицо, спросил, — Ты не знала?
— Нет. А тебе откуда это известно? — а вот сейчас было очень неожиданно. Нет, я предполагала, что Белла моя мать, а отец, скорее всего, неизвестен, но быть чистокровной наследницей Лестрейнджей — это уже слишком даже для меня.
— Дамблдор сказал. Тебе разве не говорил?
— Я принципиально не хотела знать их имена.
— Понимаю, но это не отменяет того факта, что скандал между представителями магической Англии, Болгарии, Латвии, Германии и Америки вышел очень сильный — половину директорского кабинета разнесли.
— Я настолько ценный человек?
— Ты, прости меня, никому не нужна, а просто подвернулась по руку. Английский магический мир хотят укусить побольнее, а ты и твоя подружка — всего лишь рычажки. Мол, смотрите, насколько всё плохо, что чистокровные и единственные наследницы бегут, опасаясь за свою жизнь. Что? Думала, про ваш заговор с Булстроуд и твоё желание утащить её в США никто не знает? Удивлена? Погоди, это только начало. Учитывая, что задели наследника Шнайдеров, то теперь и у Германии свои счёты к Британскому правительству.
— И за всем этим стоит Магическая Америка… — задумчиво протянула я. — Получается, что без разницы, Дамблдор победит или Волдеморт — Англия всё равно проиграет.
— Энни, — сказал Уилсон, — выбрасывая потушенный окурок, — я тебя прошу — не лезь в это и сиди тихо. Если бы не моя должность и желание Большого Отца поквитаться с Дамблдором, то в живых тебя бы не оставили, и фамилия твоих биологических родителей здесь роли не играет. Пожалуйста, забудь всё, что я тебе рассказал, и просто наслаждайся жизнью. Деньги у тебя есть, поступление в Салем — тоже, а под шумок и гражданство почти в кармане.
— Ладно, я поняла, что даже не пешка в этой партии, а так, пыль на клеточке. Буду просто жить.
На этом мы завершили разговор. Даниэль отправился на кухню — пить кофе, а мне нужно было пересмотреть списки и подсчитать наличность на покупки, которые просили привезти из США мои друзья и знакомые.
Разговор оставил неприятный осадок в душе — было противно. Честное слово — как будто в помоях искупалась. В принципе, это уже не первый раз: посол СССР хотел меня увезти в Союз явно не из человеколюбия. Вот только сейчас более глобально и очень мерзко. Большому отцу стоит сказать спасибо, что влез, и мы с Милли легко отделались. Ситуация с Лестрейнджами очень напрягала, хотя это объясняет ненависть Тонкс и позицию Малфоя по отношению ко мне. По слухам, две сестры — Андромеда и Беллатриса — друг друга ненавидели, видимо, Нимфадоре ненависть передалась на генетическом уровне. Малфой не трогает, потому что я не Блэк и помочь ему с наследством не могу. А ещё Драко знает, кто мои биологические родители — подколки, оскорбления и посылания далеко и надолго прекратились в конце третьего курса, и общаться мы стали нормально. Нет, лицо он кривил, но на мои вопросы отвечал и в просьбах никогда не отказывал. Вопросов, конечно, остается много, но лезть в это не хочется. Моя фамилия Морозова, и пусть идут ромашки собирать со своей чистокровностью.