— Морозова! — послышался сердитый окрик Гринграсс. — Где ты ходишь?
— На платформе была, с Уизли здоровалась. Ты видела, что Рон — староста?
— Интересно… Надо у Браун спросить — она всё знает. Пошли, мы все у слизеринцев — в третьем вагоне. На старших курсах девять человек осталось, людей мало, — сказала Дафна, ведя меня за собой через вагоны поезда, по которым туда-сюда сновали теперь уже второкурсники, таскавшие за руку малышей без цветов факультета. — В этом году опять аншлаг — поступает девяносто один ребёнок, половина из обычных семей. Намучаемся мы с ними.
— Почему?
— Косы заплети, носки проверь, юбку разгладь… Опять нянькаться будем. О Мерлин, хотя бы подготовительные курсы для них придумывали, что ли!
— У вас на факультете, вроде, магглорождённых нет?
— В прошлом году был один — мы так и не нашли ему родню. А у остальных есть родственники в магическом мире. Помнишь Абсаруха? — спросила Гринграсс и, дождавшись кивка, продолжила: — У него мать — потомок сквиба, а отец является сыном отсечённого. Иранцы новообрётенным родственничкам не обрадовались, но информацию по генеалогии дали, правда, попросили больше не беспокоить. И так у большинства — магическая родня их знать не хочет, только шесть человек пристроили. А у вас?
— Проверяем по верхам, если сам ребёнок хочет, — ответила я, протискиваясь между чьим-то чемоданом и стеной. — Криви не захотел. Корни ведут в Норвегию, а дальше не лезли.
— Понятно, — отозвалась слизеринка.
За время разговора мы добрались до вагона, где собрались девочки пятого курса школы Хогвартс (кроме Грейнджер, Паркинсон и Булстроуд).
— Привет! — поздоровалась я, заходя в купе к Ли, Патил, Джонс, Браун и Данбар.
— Привет, — отозвалась Браун и продолжила что-то возмущённо рассказывать Джонс: — Представляешь? Вот стерва!
— Ты о ком?
— Да о МакГоннагалл! — всплеснула руками Лаванда. — Я и Симус пахали как проклятые, а она назначила Грейнджер и Уизли. Кошка драная!
— Ты хотела значок?
— Хотела, а толку-то теперь.
— С Грейнджер всё понятно, — влезла Ли, — она общество защиты домовиков создала. А как получил значок Уизли?
— Тебе официальную версию? — поинтересовалась Патил и, дождавшись кивка, продолжила: — Он у нас, оказывается, президент шахматного клуба, правда, его там видели ровно один раз — на первом курсе. А ещё Рональд выполнял все поручения старосты школы, когда им был Перси.
— А неофициальную? — спросила я.
— Неофициально, — отозвалась Джонс, — Уизли — родственники директора.
— То есть? — не поняла Ли.
— У Дамблдора есть младший брат Аберфорт, а кто-то из старших Уизли ему то ли племянник, то ли внук. По меркам магической Англии — довольно близкое родство.
— Тогда, — сказала Патил, — это многое объясняет. А ты откуда знаешь?
— Моя сестра играет в «Холидейских Гарпиях», много где бывает и много чего слышит, — ответила Джонс.
Мы немного помолчали, а затем девочки начали расспрашивать меня и Ли о поездке в США и рассказывать, как провели лето. Я уже не скрывала того, что это мой последний год в Хогвартсе, и рассказывала о Салеме и правилах поступления. За разговорами дорога пролетела быстро — пару раз к нам заглядывали старосты в лице Паркинсон и Аббот, заходил Долгопупс в поисках жабы и Криви с отчётом о жизни моей птицы. По прибытию оказалось, что Хагрид, который традиционно собирает малышей — отсутствует, а его место заняла какая-то волшебница.
— Это кто? — спросила я.
— Граббли-Дёрг! — удивлённо ответила Боунс. — Специалист по магической флоре и фауне, магистр. Интересно, чем Дамблдор её заманил?
— Она очень хороший учитель? — спросила я, залезая в карету.
— Насчет учителя не знаю, — отозвалась Сьюзен, присоединяясь ко мне и Ли, — но специалист мирового уровня.
— Может, — предположила Ханна, — из-за Запретного Леса? Там много всего водится.
— Может, — сказала Боунс, — потом узнаем.
— Э-э-э, — получается, что теперь УЗМС обязательный предмет? — спросила я.
— Ой, точно! — воскликнула староста Пуффендуя. — Она же магистр.
— Bleat! — я не ходила на этот предмет, а если сейчас он будет обязательным, то по нему нужно сдать СОВ. Трындец.