— Ханна Аббот. Люблю выращивать цветы и овощи.
— Сьюзен Боунс. Мне нравиться играть на флейте и рисовать.
— Ли Мун. Я из Кореи. Занимаюсь тхеквондо и стрельбой из лука.
— Габриэль Джонс. Играю в квиддич, люблю плавать и петь.
— Анна Морозова. Русская. Люблю рукодельничать.
— Захария Смит. Играю в квиддич. Катаюсь на гиппогрифах и пегасах.
— Джастин Финч-Флетчли. Занимаюсь классическими парными бальными танцами. Чемпион Европы в своей возрастной категории.
— Эрни МакМиллан. Увлекаюсь рисованием и пением.
— Уйэн Хопкинс. Играю в квиддич.
— Алекс Болдуин. Увлекаюсь историей и литературой, люблю путешествовать.
— Вот вы и познакомились, — перед нами появилась полная женщина в залатанной шляпе и переднике. — Я ваш декан Помона Стебель. Со всеми вопросами и проблемами вы всегда можете обратиться ко мне или комендантам нашего дома — мистеру Ларсену и миссис Смит.
Рядом с деканом возникли мужчина средних лет в тёмно-оранжевой мантии и пожилая женщина. На ужине они сидели за столом для персонала.
— А теперь вас проводят в ваши спальни. И помните, что если кто-то набёрет больше трехсот баллов к концу года, то вы сможете переехать в личные апартаменты.
Находящаяся справа от камина круглая дверь вела в длинный коридор, в котором по левую руку было семь дверей — по одной на каждый курс. Прямо была ещё одна круглая дверь в общую ванную комнату — пять душевых, пять унитазов и пять умывальников. Чувствую, по утрам тут очередина. Справа от двери в санузел была деревянная лестница, уходящая наверх, а на стене висел список из пяти фамилий — счастливицы, которые смогли добиться отдельных комнат.
Спальня первачков находилась почему-то между пятым и вторым курсом. Староста довела нас до двери и отправилась к себе наверх.
Сказать, что комната меня разочаровала — ничего не сказать.
Во-первых — много ткани. Ткань — это пыль. Пыль — это микробы. Микробы — это болезни.
Во-вторых — из окна ужасно дуло. На входе в комнату ярко горел камин, но тепла он практически не давал. Так что мерзнуть будем капитально.
В-третьих — пол, в отличие от гостиной, был каменный.
В-четвертых — не было зеркала.
В-пятых — ни одной тумбочки, стула или стола. И где мне разложиться? На потолке?
Две кровати стояли напротив трёх. Васька выбрал ту, что подальше от окна, но и не у входа. С победным мявом животное запрыгнуло на неё и стало устраиваться. Девчонки хихикнули. Видимо, этот кот станет главной знаменитостью школы.
Мой чемодан и сундуки девочек стояли у входа.
— У меня один вопрос, — начала я, — где здесь тумбочка или стол?
— Тетя говорила, — сказала Сьюзен, — что условия жёсткие, но не до такой же степени!
— Нормальная комната, чего вы? — недоумённо сказала Мун.
Мы расхватали свои пожитки и направились к кроватям.
— Девочки, — обратила на себя внимание Джонс, — давайте договоримся по правилам общежития.
— Каким? — спросила Ханна, выуживая из сундука тёплую пижаму
— По чужим вещам не лазить, гадости не делать, ничего не подбрасывать, спать не мешать, — отбарабанила я, переодеваясь в ночную сорочку и вязаные носки.
— Я тоже хотела это предложить, — сказала Джонс, превращая свой сундук в письменный стол.
— Ух ты! — восхитилась я.
—Сундуки превращаются в платяной шкаф, стол и комод. Ты не знала?
— Откуда? — удивилась я. — Мои опекуны магглы. Я о волшебном мире только из книг знаю. А история Хогвартса больше похожа на сборник баек, чем на настоящий курс истории.
Это была чистая правда. История школы представляла собой сборник рассказов об Основателях и их творениях, обоснованию, почему именно определённое животное является факультетским гербом и дополнялось всё это рассказами о выдающихся учениках. Из полезной информации — про потолок, из чего построен замок, факультетские гербы и качества для поступления. Всё. Сказать, что я была разочарована, прочитав её — это ничего не сказать!