С приходом весны эти двое стали всё больше меня доставать. Тонкс всё чаще орала, что я ей мешаю пройти (есть, спать, помыться — нужное подчеркнуть), а Диггори и его подпевалы всё чаще и чаще жестоко шутили надо мной, Ли и МакМилланом. Мне могли задрать мантию (хорошо, что я носила теплые колготки, а не чулки), перекрасить волосы в розовый или зелёный, испортить домашнее задание. В один из дней Синистра сняла с меня десять баллов за исчезнувшую домашнюю работу. Было обидно.
— Да чтобы тот, кто мне гадости сделал, голым на метле оказался! — проорала я, зайдя в гостиную факультета.
— Вот дура магглокровная, — сказал Вилкост, лучший друг Седрика, — задание не сделала и пытается на других переложить.
— А с чего ты решил, что я задание не сделала? — громко поинтересовалась я.
— Несложно догадаться.
— Да чтобы у тебя во время матча мантия развалилась! — зло ответила я.
Рыдая в комнате, я обняла Ваську и излила ему душу, жалуясь на гадов. На следующий день в ботинках Диггори, Вилкост, Фоссет и Тонкс обнаружились мыши, крысы и кошачья моча. А на матче Гриффиндор-Пуффендуй у моих недоброжелателей мантии просто исчезли с тел, оставив парней в майках и панталонах. Благодаря трехсекундной заминке, возникшей в результате удивления произошедшим, Гарри Поттер сумел поймать снитч. После разбора ситуации декан отняла у Диггори и Вилкоста по пятьдесят баллов и сняла Седрика с поста капитана команды. Чую, даром мне это не пройдёт.
Увы, я не ошиблась.
В один из дней я под заклинанием окоченения оказалась заперта в туалете на пятом этаже. Всё бы ничего, но это мужская комната. Заклинание прилетело в спину, затем мне на голову натянули мантию и отнесли в туалет, где аккуратно поставили около умывальников. Учитывая, что было почти девять, то возвращаться придется после отбоя, а это чревато снятием баллов. Также, за нахождение в мужском туалете влетит очень сильно и баллов сто с меня снимут, а это катастрофа. Все знали, что я коплю на личные покои.
Секунды складывались в минуты, минуты в часы. Я даже задремала в ожидании того, когда спадет заклинание. А проснулась от очень неприятного ощущения — было мокро и больно. Справа от меня сорвало кран, и вода хлестала фонтаном. Кипятком. Вот откуда здесь горячая вода? Откуда? Капли попадали на лицо и голову. Хотелось кричать, но заклинание не позволяло. Мне казалось, что я стою тут вечность, пока кто-то не вытащил моё тело из туалета. Этими кто-то оказался профессор Снегг, директор Дамблдор и Помона Стебель. Декан зелёных отменил заклинание, и наконец-то я смогла поорать и пореветь вволю. Мужчина тут же влил в меня какое-то зелье и чем-то намазал поражённые участки. Он в карманах аптеку носит? Надо будет уточнить.
— Девочка моя, — начал директор, — ай-яй-яй. Как же так? Вы должны быть в постели, а вместо этого в мужском туалете.
— Меня кто-то принёс. Я шла в гостиную, и мне кто-то в спину бросил заклинание, — только благодаря выпитому зелью я не плакала навзрыд.
— Мы обязательно найдём того, кто это сделал, — сказала моя декан.
— Их накажут?
— А вы хотите этого? — спросил Снегг.
— Да, — ответила я.
— Мисс Морозова, — сказал Дамблдор, — сейчас вы сходите в Больничное крыло к мадам Помфри, а мы во всём разберемся.
— Спасибо, — ответила я и уже по-русски пробурчала себе под нос, — да-да, охотно верю, в обычной школе тебе бы выговор влепили, а их исключили.
Мадам Спраут взяла меня за руку и повела к лестнице. Краем глаза я заметила, что директор, идя в другую сторону, тяжело опирается на Снегга. По-моему, это ему нужно в Больничное крыло.
Во владениях школьной медсестры мне пришлось провести три дня. Мадам Помфри желала убедиться, что со мной точно все в порядке. Я успела дописать все эссе, перечитать трансфигурацию и подготовиться к экзамену по чарам. В это же время ко мне «в гости» угодил Рональд Уизли — у него раздулась рука. Мальчик сказал, что его укусила собака. Ага, цербер с тремя головами. На большого пса ходило глазеть полшколы, и я в том числе. Теодор Нотт галантно показал забавную зверушку в запретном коридоре мне и моим соседкам по комнате. Жуткое зрелище. Если бы песик укусил рыжего, то руки у шестого Уизли точно не было бы. Так что это кто-то другой. В этот момент пришёл Драко Малфой, видимо, хотел подразнить Рона, но заметив меня, быстро ретировался, так ничего ему не сказав. Слава о том, что из-за магглорождённой студентки отчислили чистокровного, гремела на всю школу.