Странное поведение привидений, а также постоянное присутствие кого-то из учителей или персонала школы рядом со мной не могло пройти незамеченным — школьники стали считать, что я буду следующей жертвой. Гриффиндорцы шарахались от меня всем составом, включая близнецов, когтевранцы старались побыстрее уйти, свои относились с опаской, а слизеринцы советовали паковать вещи. Особенно выделялся Малфой и Айверс с третьего курса.
— Вали к своим магглам! — послышался голос позади меня, когда я выходила из кабинета истории магии.
— Свалила бы, да не пускают!
— Что?
— Что слышал! У крёстного спроси, может, ответит.
— Откуда…
— Ot verbluda! — я подняла голову и посмотрела на белобрысого. Малфой был выше меня на целую голову.
— Грязнокровка, — процедил блондин сквозь зубы.
— Минус десять баллов со Слизерина, мистер Малфой, — послышался голос Синистры, — я поговорю с вашим деканом о воспитании студентов его факультета.
Женщина окинула взором толпу второкурсников и сказала:
— Ухода за магическими существами сегодня не будет. Пуффендуй и Когтевран идут на теоретическое занятие по астрономии.
Толпа загудела — кто-то радовался, а кто-то опечалился. Многие любили УЗМС и с нетерпением ждали уроков. Синистра забрала нас и повела в класс, где два часа мы внепланово писали лекцию по астрономии.
Вечером, после уроков, с ответом прилетела Воровка. Вильям был страшно недоволен тем, что я ему ничего не рассказала о конфликте в школе и его последствиях. Интересно, а как он выяснил об этом? Уилсон писал, что встреча назначена на вечер двадцать четвертого декабря. К месту назначения меня перенесет Седрик, а после подписания всех документов мы отправимся домой. Сан-Франциско им уже надоел, так что Рождество будет домашним и семейным. Ехать не хотелось — в школе оставался любимый Василий, но поставленные условия выбора не оставляли.
Утро перед отъездом домой было суматошным — школьники искали свои вещи, бегали из класса в класс и ловили своих животных. Ближе к обеду студенты немного успокоились, но продолжали носиться по Хогвартсу. Мимо меня прошла Миллисент, неся на руках чёрного кота.
— Милли, — окликнула я подружку, — тебе эта кошка зачем?
— Паркинсон надоела со своим нытьем, что её потеряла, — ответила Булстроуд, — отнесу кошку в гостиную.
— Панси сама найти кошку не может? — недоумевала я.
— Она вместе с Малфоем ищет возле домика Хагрида. Нотт, Забини и сестры Гринграсс в подземельях, а мы с Честер по этажам. Она проверяла с самого верха до четвертого, а я с третьего и до подземелий.
— Взаимовыручка по-слизерински? — спросила я, спускаясь по лестнице на второй этаж.
— Что-то типа того. Я им иногда помогаю в глобальных делах, а они ко мне не лезут.
— Ещё бы ко мне не лезли…
— Декан устроил Малфою взбучку из-за тебя. Запретил ему подходить к тебе и разговаривать.
— А его друзья-подпевалы…
— Я тебе ничего не говорила, но Малфой-старший после твоего отказа в банке отходил розгами своего наследника и Тонкс тоже досталось, правда, как и чем — не знаю.
— А про Драко откуда узнала?
— Он неделю питался только в гостиной и старался лишний раз не садиться. Я потом случайно услышала его разговор с Грегори. Ну, что его отец из-за тебя выпорол, мол, она ещё наплачется, и он отомстит.