— Зачем тебе это надо?
— Ну… он же мой принц, — зря спросила, Вильям явно не в духе.
— Анна! Nе ebi mne mozgi! — громко и по-русски выругался опекун. — Ты думаешь, я поверю в твоё любопытство?!
— А почему нет?! — я тоже перешла на крик. — Я любопытный ребёнок! Ребёнок!
— Раз ты ребёнок, тогда заканчивай вести себя как взрослая тетка! — уже орал Уилсон. — И не надо мне про тяжёлое детство рассказывать и сложную политическую обстановку в Советском Союзе! Ты не ребёнок! Ты мелкая с-с-с… сожрёшь и не подавишься!
— Можно подумать, тебя это не устраивает! Кто с моей помощью подписал контракт, получил гринкарту, работу и кучу бонусов для себя и семьи?! Вы сами готовы слопать любого! Не нужно всё валить на меня!
С Вильямом мы ругались часто и так же часто мирились. Причиной могло послужить что угодно: начиная от забытой на журнальном столике кружки и заканчивая неудобными вопросами. Обычно в таких ситуациях третейским судьей была Джессика, которая разводила нас по разным углам, а потом мирила.
Я надулась и, отвернув лицо от Уилсона, стала смотреть в окно. Бесит! Он прекрасно знает, что, если я спрашиваю, значит, это не просто любопытство — мне нужна информация. Опекун глубоко вздохнул, достал из бардачка пачку «Мальборо» (прим.авт. никакой рекламы!) и закурил.
— Дурсля я встретил случайно, — начал Вильям после второй затяжки, — он сидел в коридоре больницы с беременной женой, которая практически ни на что не реагировала. Пожалел их. Помог с обследованиями. Она была на шестом месяце, и у неё была онкология второй степени. Предлагал аборт — отказались. Очень сильно помогла сестра Вернона — деньги, лекарства, связи. Роды вызвали искусственно, ребёнок родился семимесячным и с букетом заболеваний. Петунью сразу начали лечить, а родственница Дурсля сидела с мальчиком. Дадли был почти год, когда мы закончили её лечение.
— Сейчас у нее рецидив?
— Нет. Не совсем. Как бы тебе объяснить попроще… Раковое образование есть, но оно не увеличивается и не уменьшается.
— Статично.
— Если по-простому, то да.
— А Дурсль-младший?
— Ему нужна жёсткая диета и специальные физические нагрузки. Гормоны меняют его поведение и вес не в лучшую сторону, а таблетки и капельницы гробят печень. Вот только родители продолжают его считать болезненным ребенком и разрешают всё!
— Но почему? — удивилась я. — Разве они не видят, что он… толстый!
— Я вообще сомневался, что он до трёх лет доживёт — вес и рост ниже нормы. Пацан в год весил чуть больше шести фунтов при норме двенадцать и не мог даже сидеть. В полтора года он пошёл на поправку, в три выглядел болезненно, но научился ходить, а в пять догнал сверстников по физическому развитию.
— А по психике?
— Отстаёт года на полтора-два.
— Ясно.
— А теперь выкладывай, зачем тебе это?
Теперь уже я глубоко вздохнула и ответила:
— Когда мы уезжали с вокзала, на заднем сидении его машины был мой однокурсник. Его зовут Гарри Поттер.
— Может, просто подвозил ребёнка знакомых?
— Нет. Он сирота, живёт с дядей и тетей.
— На Рождественских каникулах его не было…
— Остался в школе.
— Хм-м-м. Странно, — Уилсон завёл машину, и мы вновь покатили. — Пока едем, расскажи, что это за мальчик.
Все-таки хороший у меня опекун, хоть и вспыльчивый. Дорога до дома заняла сорок минут, и за это время я рассказала Уилсону все факты и домыслы о Поттере. Вильям пришёл к неожиданному выводу о причинах живучести Дадли и Петуньи — их поддерживает магия племянника. А как иначе объяснить, что на летних каникулах им становится значительно лучше, чем в другое время?
Я посоветовала опекуну написать в школу «Воннингс» и рекомендовать для Дадли диету, раз на родителей надежды никакой. Обещал подумать.
Дома нас ждал Томас, документы для выезда из Англии и порт-ключ. Опекуны оценили прелесть магического перемещения, так что теперь передвижение на самолёте, долгая таможня и нервные туристы мне не грозят. В этот раз было решено забрать с собой Васю. Ох, чувствую, будет весело.
Права Нариана Булстроуд — гоблины уроды! Дело в том, что «Порт-ключ Гринготтса» — это перемещение из Хитроу в любую точку планеты, и стоит такое перемещение очень дорого. Порт-ключи от «Магического Бюро Путешествий» были дешевле, но переносили в строго определённые аэропорты, вокзалы и порты. Перемещение в Магическую Северную Америку осуществлялось всего в три пункта — Вашингтон Ди.Си., Торонто и Аниак на Аляске. Стоит такой порт-ключ всего семьдесят галлеонов против трехсот восьмидесяти от гоблинов. Провоз Василия оплачивался отдельно — семь галлеонов, между прочим, но зато компания решала все проблемы с документами для кота! Вася, по документам, обзавелся всеми прививками и анализами, необходимыми для пересечения границы. Пятнадцатого июля я, Джессика, Вильям, Томас и Вася переместились из аэропорта Хитроу в Вашингтон Ди.Си.