— Эль, мужиков кормить надо, уют создавать, чтобы они домой хотели идти, — сказала я, но честно, былой уверенности в этом у меня уже не было.
— Много он у тебя хотел! Ты вспомни, как из дома не выходила, только у тебя на кухне мы и общались. И что? Оценил твой Сашечка ненаглядный уют, холодильник, который от обилия еды ломился? — Не отставала Элька — Очень он тебя тогда хотел и ценил твою заботу?
— Что, правда, то, правда, — согласилась я.
— Я своего «импотента» тоже добереглась, а вон что вышло, — тяжко вздохнула Лена. — Я здесь советчик плохой. Не видела, что у меня под носом делается. И ведь не один год это продолжалось. Правда, он меня побаивался. Только вот разницы всё равно нет. Хотя и в этом я не права. Не меня он побаивался, стабильной и сытой жизни лишиться не хотел. Делал, что ему нравилось, и дома обихоженный был. А с Владом я другая. Но кто его знает, чья это заслуга? Толи я изменилась, толи Влад сам такой замечательный. Эх, Яна, чувствую, что напьёмся мы с тобой сегодня. Эти девушки «на колёсах», а нам можно и нужно стресс снять. Только Элька у нас молодец!
— Ага, мастерица по чужим дворам блевать, — не смолчала я.
— Но я выводы делаю, мне одних граблей хватило! А ты, Анька, опять наступаешь. Понимаешь, ты уж слишком большое значение своему уюту придаешь. Мужик неголодный и ладно. Он же и не замечает, каждый день ты пылюку трешь, или пропускаешь парочку деньков. А ещё нельзя так сильно любить.
— Эля, кто бы говорил? Ты сама своего Юру обожаешь. Кто по чужим дворам блювал от одного подозрения, что он изменяет? Хотя, да, тебя Юрка на руках носит. С этим не поспоришь.
— А я и не отказываюсь, что обожаю его. Я может, выразилась неправильно, просто не душу его в своих объятиях, как ты. И мнение своё имею. Капризничаю временами, чтобы брак не застоялся. Думаешь, мне сильно хочется всю эту тягомотину разводить. Мне мурлыкать хочется, и чтобы Юра из дома не выходил вообще. Он у меня красивый, сам не полезет, так на него бабы кинутся. Но я так себя веду, как будто я лучше всех и равных мне нет. Звонками его не достаю, не проверяю. Терплю. Если совсем грустно становится и скучно без него: ухожу гулять, развлекаю себя сама. Когда мужик чувствует, что на него не давят и любовью своей не душат, он сам к тебе в руки даётся и можно сказать «с руки ест». Пусть он лучше из-за меня легонечко переживает, подозревает в меру. Это для семейного тонуса полезно! Ты, Анька, и сама в этом прекрасно на моём дне рождение убедилась. Такую партию разыграла! Любо — дорого посмотреть. Только, как бы уже не поздно было. Но лучше поздно, чем никогда! — «успокоила» подруга. — Хотите, я ещё вам секрет открою?
Я затаила дыхание.
— Я когда начала делать вид, что лучше меня никого нет, сама в это поверила. У меня какая-то внутренняя сила появилась. Мне теперь и вид делать не надо. Эта уверенность во мне уже поселилась и корни пустила.
Потом Элька вспомнила первое свидание с Юрой, как она со стула упала и лежит, ни жива, не мертва. Яна с Ёлкой этой истории не знали. Но мы этот пробел быстро восполнили. В лицах и красках рассказали начало истории любви.
Девчонки были уже изрядно подшофе, так что смеялись на всё кафе. На этой оптимистической ноте мы постановили закрыть собрание.
Я повезла Яну к новой жизни, Элька повезла домой Ёлку. Яна всю дорогу распевала «Варяга». Когда только текст успела выучить?
Глава 41
Леночкин ребеночек набирался сил. Врачи обещали к выходным выписать девочку домой. Новоиспеченной маме дали декретный отпуск. Всё время Елена находилась с девочкой. Оформление бумаг, даже при помощи Яны, заняло много времени. Но к выписке документы были уже готовы. Ёлка не успела практически ничего купить для новорожденной. Она находилась или с дочкой в больнице, или моталась за справками. Мишку она еще не простила и практически его не видела. Он как-то заявился в больницу и так, как будто вопрос решенный, сказал, что завтра вернется домой, видимо ожидая, что Елена захлопает в ладоши. Хлопать она не стала, и возвращаться ему запретила, пока сама не придет к какому либо решению.
— Елена, может, ты чего-то не понимаешь? — по старой привычке строго спросил Мишка. — Я отец девочки, это мой ребенок и я имею полное право быть с дочкой.
— Имеешь! Тогда делаем так: я иду домой. Ты, наверное, помнишь, что дом мой, от родителей достался? А ты ложись в больницу и занимайся своей дочкой. А меня забудь. Ты взрослый человек, когда ребенка делал, у меня не спрашивал. Я сейчас пойду, вещи свои соберу и предупрежу, что ты с ней лежать будешь. Подожди, я быстро. — Лена прекрасно знала своего мужа.
— Леночка, ты меня неправильно поняла, я это, я могу и в гаражике, пока ты решение примешь, я ж помочь хотел, тебе всё-таки тяжело, я думал…
— Пошел вон, понадобишься, найду.
— Всё, всё, ухожу Еленочка, а как мы девочку назовём?
— Пошел вон!
— Целую, люблю. Я побежал.
Мы с Элькой решили скинуться и купить ребенку всё что нужно. Надо и Ёлке деньги на первое время дать. Когда Яна узнала, что мы без неё собираемся покупать детские вещи и скидываться на покупки, хотела на меня обидеться, но помня мои заслуги, решила простить.
— Анечка, я тоже с вами дружу, почему вы меня скидываться и помогать не позвали? Подружки называется, — расстроилась Яна. Для неё наша дружба имела огромное значение. Я это понимала, и обижать её не хотела.
Мы с Элькой извинились и позвали. Втроём мы с огромным удовольствием покупали приданное для малышки. Мы так увлеклись, что не заметили, как заполнили не только весь багажник автомобиля, но и часть салона. Сыновья Яны давно выросли. Один учился в институте в Москве, а второй недавно женился, внуков еще не было. Поэтому Яна, скучая по маленьким детками, с азартом покупала вещи. Когда приятельница скупила все понравившиеся ей вещи в отделе от рождения до года, увлекшись, она перешла в отдел для более старших детей. Мы с Элькой разделились. Я пошла покупать ванночку и все принадлежности для купания, а Элька соски, бутылочки, памперсы.
Встретившись с Элькой, мы пошли к машине, считая, что Яна нас давно ждет. Но Яны в поле нашего зрения не оказалось. Мы выгрузили вещи из тележки, и пошли на поиск подруги. Целых полчаса мы не могли найти приятельницу. Яна, как в воду канула. Мы решили методично обойти все отделы магазина, может, она себе что-то надумала купить. Обнаружили мы её покупающей красивое платье на девочку лет двенадцати в подростковом отделе. Рядом с отделом стояли две тележки с уже оплаченными вещами. Нам стоило большого труда остановить Яну. Добрых пятнадцать минут мы объясняли, что платье понадобится очень не скоро, подруга упорно стояла на своём. Пока я не привела главный аргумент:
— Ты что хочешь, чтобы девочка носила вышедшее из моды платье? — Яну это моментально отрезвило.
В день выписки Елены с ребенком мы заполнили её холодильник продуктами. Я приготовила праздничный ужин, Яна убрала дом, разложила детские вещи, а Элька поехала за девочками в больницу. Яна не просто убрала, а насмотревшись фильмов, решила встретить, как полагается. Накупила воздушных шаров, повесила плакат с поздравлениями, расставила цветы. И всё время отвлекала меня от готовки, чтобы я оценила. Я оценивала и возвращалась к плите.
Мы услышали шум подъезжающей машины и решили, что это прибыли молодая мама с дочкой. Выскочили во двор встретить девочек, но это приехал Ёлкин приятель, мы его, конечно, позвали, хотя опасались появления Мишки. Влад вытащил из багажника коляску и попросил нас помочь перенести в дом пакеты с детскими вещами. У Яны началась истерика, она смеялось до слёз. Когда я поняла в чем дело, тоже громко расхохоталась. Влад удивленно посмотрел на нас. Тогда Яна повела его к шкафам и показала результат нашего набега на магазин. Влад заулыбался и сказал, что зато он догадался купить коляску. И был очень горд собой.
Не успели мы поопасаться, что явится Мишка, как приехали виновницы торжества. Элька бережно несла розовый пакетик.
Когда Елена увидела, как Яна украсила дом, сразу разревелась. Я вообще не помнила Ёлку плачущей.
Яна тоже начала плакать за компанию, но Влад быстро это пресек:
— Так, я не пойму, столько мамаш, а о ребенке никто не думает! Вы её купать собираетесь? Ох, толку от вас, только слёзы лить. Придется мне самому этим заняться.
Ребенок тут же напомнил о себе громким плачем. Лена кинулась на кухню разводить детское питание.
— Девочки, надеюсь, вы не обидитесь? У меня к Вам просьба, я хочу с Еленой поговорить, — серьёзно произнёс Влад.
Девочки в нашем лице не обиделись и, расцеловав маму с дочкой, разъехались по домам, довольные собой.
Утром, когда я собиралась на работу, позвонила Ёлка:
— Анна, можешь меня поздравить, — счастливым голосом предложила подруга.
— Еленочка, я тебя поздравляю, растите здоровыми и счастливыми. Мы тебя и вчера готовы были весь вечер поздравлять, но Влад тактично попросил оставить вас наедине.
— Аня, ты б дослушала сначала, с чем поздравлять. Вот не умею я пауз держать, как Элька. Замуж я выхожу… за Влада.
— Не может быть! — воскликнула я.
— Я что такая старая и страшная? Вот спасибо тебе, подруга!
— Нет, просто этих мужиков не поймешь. Надо же, еще один не гад оказался, — удивленно сказала я, а Ёлка весело рассмеялась.
— А кто первый не гад? — полюбопытствовала Елена.
— У Эльки муж приличный! — напомнила я.
— Ладно, мой не гад, только сына взрослого имеет, вот он на готовую дочку и позарился! — пошутила подруга. — Так что сейчас чуть в себя придем и соберемся отметить.