– Но разве вам не хотелось бы передохнуть? – спросила Анна.
Рона слегка задумалась.
– Пожалуй, я была бы не прочь денёк побездельничать, – сказала она.
– Или покататься на моих новых санях, – мечтательно вздохнула Эйнар.
– Или просто посидеть, попивая чай с пирогом, – призналась Ида.
– Но на это у нас будет куча времени, когда мы управимся с весенней страдой, – сказала Рона.
Анна задумчиво сложила руки на груди. Ей вспомнилось, как они с Эльзой занимались весенней уборкой в замке, когда ещё были маленькие. Их родители, король и королева, попросили их тогда помочь прибраться в королевских конюшнях, и старший конюх велел им наносить воды в поилки для лошадей. Им пришлось таскать воду в тяжёлых ведрах от ручья до конюшен.
Воды понадобилось много, и после нескольких походов к ручью Анна и Эльза вконец устали. Они уже еле плелись, сгибаясь под тяжестью вёдер, и каждый следующий раз дорога к ручью и обратно казалась им всё дольше и труднее. Заметив это, старший конюх пригласил сестёр перекусить с ним вместе. Подкрепившись и немного подремав, Анна и Эльза почувствовали себя гораздо лучше: они взбодрились и снова принялись таскать воду едва ли не бегом. Работу в тот день они закончили даже раньше, чем рассчитывали.
– Ваше Высочество? – робко окликнула её Рона, заметив, что Анна глубоко задумалась.
Анна сморгнула, снова возвращаясь к действительности. Она сердечно поблагодарила Рону и её двоюродных сестёр, пожелала им успешно справиться с работой и отправилась дальше. Но, удаляясь от коптильни, она никак не могла отделаться от мыслей о вёдрах, конюшнях и особенно старшем конюхе. Ведь именно он дал им с Эльзой возможность немного отдохнуть от работы, отчего она сразу стала казаться совсем не такой тяжёлой.
Глава 5
Полуденное солнце сияло почти в зените, когда Анна и Олаф направились к брусничным полям. Маленький снеговик нетерпеливо подпрыгивал, поспевая за принцессой. Он был вне себя от радости, что Анна взяла его с собой: сегодня им предстояло повидать эренделльцев, которые занимались весенним сбором брусники.
Анна обожала собирать ягоды. Разве можно придумать лучший повод всласть погреться на весеннем солнышке среди душистых лугов за городом? К тому же это давало ей возможность завести новых друзей среди сборщиков ягод. Одним словом, сегодняшний день обещал Анне сплошные удовольствия. Самое трудное – это удержаться и не съесть все собранные ягоды, а успеть донести их до дома!
– Вон там! – радостно воскликнул Олаф, указывая на показавшиеся вдали, у лесной опушки, тёмно-зелёные заросли брусничных кустов, возле которых сгрудились сборщики ягод. Мужчины и женщины срывали с кустов ярко-красные ягоды и ссыпали их в ведёрки.
Анна и Олаф поздоровались со сборщиками.
– Кажется, урожай в этом году неплох, – с улыбкой сказала Анна.
– Отличный урожай, и ягоды такие спелые, – сказала сборщица по имени Клара, угощая Анну ягодкой из своего ведёрка.
Анна с благодарностью приняла её и бросила в рот. Терпкий кисло-сладкий вкус брусничного сока тут же заполнил его. Ягоды и впрямь были вкуснейшие.
Анна вежливо поблагодарила Клару, и они с Олафом принялись за работу, высматривая среди тёмно-зелёных глянцевитых листьев яркие ягоды и собирая их горстями. Их ведёрки уже наполнились почти доверху, когда они вдруг услышали знакомый голос:
– Хо-хо!
Это был Окен, владелец «Торговой Лавки Бродяги Окена и Сауны». Рослый, широкоплечий здоровяк помахал Анне и Олафу рукой и подошёл поближе. На плечах у него лежал длинный шест, с обоих концов которого на верёвках свисали огромные вёдра, полные брусники.
– Привет, Окен! – бодро поздоровался с ним Олаф. – А что это у тебя на плечах?
– Это коромысло, чтобы носить тяжести, – объяснил Окон. – С ним я могу принести по два бушеля ягод за один раз, йа?
Вёдра мягко покачивались, пока Окен шёл, неся своё коромысло. Каждое из них было в два раза больше, чем ведёрко в ручках-веточках Олафа.
– Целых два бушеля? Это же так много ягод, Окен! – удивилась Анна. – И что же ты собираешься с ними делать?
– О, это для моего нового изобретения, – ответил Окен, снимая коромысло с плеч и опуская тяжёлые ведра на землю. – Я называю его «походный брусничный пирог»!
– Ух ты! – восхищённо воскликнул Олаф. – И как же этот пирог ходит в походы? Куда он отправляется? Наверное, у него отпуск? – Снеговик сосредоточенно нахмурился, пытаясь представить себе путешествующий пирог. – Наверное, даже пирогам нужен отпуск.
– Хорошо сказано, Олаф! – рассмеялась Анна. – Так что же это за изобретение, Окен?