Анна в стране чудес ч.1
Я попала! Нет, не так. Я вляпалась! Как говорил один мой знакомый, попасть может каждый, а вляпаться – это надо постараться. Хотя я не старалась, клянусь! Я бежала.
Ненавижу бег! Это монотонное переставление конечностей, эта бесконечно мельтешащая перед глазами дорожка иногда доводят меня до белого каления. Больше бега я ненавижу только плавание. Точнее не само плавание, а некоторые, связанные с ним вещи. А вот фехтовать и скакать на коне обожаю. К стрельбе же отношусь ровно, под настроение она мне даже нравится. И что характерно, именно плавание и бег получаются у меня лучше всего, а с фехтованием и конкуром регулярно возникают проблемы.
Наверное вы уже догадались, что я пятиборка. Не какая-то там любительница, а серьезная спортсменка, без пяти минут мастер спорта. И в том злосчастный вечер я бегала не просто так, чтобы потешить свой мазохизм, а готовясь к первенству России.
Последним, кого я увидела на Земле, был полицейский. Я еще удивилась, как его угораздило очутиться на глухой аллее парка. А через десяток метров передо мной возникла чернота, абсолютный мрак, в котором кажется, что ты внезапно ослепла, окончательно и бесповоротно. В эту черноту меня всосало со страшной силой, будто соринку в пылесос.
Не знаю, сколько времени я провела так, ничего не видя вокруг, мчась в неизвестность. Может, минуту, а может, час. Потом в глаза ударил яркий свет, вынудивший меня зажмуриться, тут же я приложилась спиной обо что-то жесткое, раздался треск, и сразу же за ним мягкая посадка. Какое-то время я пролежала, боясь шевельнуться и открыть глаза. Мне казалось, что я сломала спину или сошла с ума. Второе на первый взгляд выглядело предпочтительнее. Ну скажите, кто в здравом уме поверит, что на мирной аллее парка, где ежедневно проходят десятки, а то и сотни людей, притаилось нечто, с невообразимой силой засасывающее человека, влекущее его через абсолютную черноту, а потом швыряющее на… сено. Да, знакомый с детства запах и ощущение сухой травы под руками недвусмысленно говорили, что я угодила в стог. Или маленький стожок. С мыслью о сумасшествии пришлось временно распрощаться. Ни один псих не признает, что у него поехала крыша, да и с простейшим анализом, насколько мне известно, у них напряженка. Значит, голова у меня в порядке, интересно, что со спиной? Я шевельнулась, сначала робко, затем энергичнее. Раз шевелюсь, значит спина цела, но как болит, зараза!
И тут рядом со мной раздался странный звук, отдаленно напоминающий вздох, только очень громкий. Я открыла глаза и вскрикнула от потрясения. Я действительно лежала в стогу сена, который ограничивала деревянная перегородка, за которой виднелась морда животного. Оно напоминало корову, только вместо двух рогов у него посередине лба торчал один, но очень длинный. И с перепуга мне показалась, что животина примеряется, как бы сподручнее меня на этот самый рог насадить.
Забыв от страха о боли в спине, я соскользнула со стожка, заметалась в узком проходе и, увидев дверь, распахнула ее. Меня ждало новое потрясение. Рядом с дверью застыл мужик, из-за его спины выглядывала дебелая бабенция. Одеты они были так, словно участвовали в массовке оперы Глинки «Жизнь за царя». Но это еще ладно. Куда больше меня напряг топор, который держал мужик в своих мозолистых руках. Я примирительно подняла руки:
- Прошу меня извинить, сама не знаю, как так вышло. Обещаю, что…
Бабенция взвизгнула и с непостижимой для ее комплекции быстротой метнулась к дому, стоявшему поблизости. Мужик сначала пятился с занесенным топором, а потом мгновенно развернулся и тоже дал стрекача.
- М-да, - задумчиво протянула я. – А если меня действительно угораздило попасть в сумасшедший дом? В целом картина соответствует, лишь топор в руках умалишенного как-то не очень в нее вписывается.
Долго размышлять на эту жизнеутверждающую тему мне не дали. Появился давешний мужик, только на этот раз у него в руках были вилы, а не топор. Компанию ему составляли еще шесть бородатых типов с аналогичным сельхозинвентарем. Они взяли меня в полукруг и начали угрожающе тыкать вилами, вытесняя с крестьянского двора на улицу. Я попыталась им объяснить, что не любительница участвовать в подобных забавах, но мужики в грозном молчании продолжали наступать, делая угрожающие выпады вилами, и мне пришлось пятиться вдоль по улице, то и дело цепляясь ногами за выбоины. Несмотря на угрожающую ситуацию, я успела заметить, что бабы и ребятня облепили заборы, наслаждаясь необычным зрелищем, при этом почему-то не издавая ни звука.
Гнали меня по улице минут пять, пока не очутились на деревенской площади. В центре ее стояла большая железная клетка, о которой я узнала, уткнувшись в нее спиной. Именно в нее меня собирались загнать. В клетку мне совсем не хотелось, и я попыталась вырваться на свободу, но ближайший мужик ткнул мне вилами в живот и проделал бы в нем четыре дырки, не успей я – спасибо спорту за отменную реакцию – отскочить назад, приложившись многострадальной спиной о железные прутья. Тогда я решила просто стоять неподвижно, однако и этот фокус не прошел. Один из бородачей приставил вилы к моему горлу, недвусмысленно давая понять, что со мной будет, если я продолжу игнорировать их молчаливое требование. Пришлось подчиниться и лезть в клетку. Тут же хлопнула дверца, проскрежетал ключ в амбарном замке. Мужики радостно загомонили, им начали вторить собравшиеся зрители. Во как! Оказывается, они не немые, как я было подумала. Вот только говорили они на совершенно непонятном мне языке.