Сам Нордван, исключая его аристократическую часть, меня не впечатлил. После рассказов одноклассниц я ожидала гораздо большего. Я даже сразу не поняла, в чем, за исключением больших размеров, отличие от Гульды. Те же однообразные домишки, тот же скудный выбор развлечений. Хотя толком осмотреться у меня не вышло. Как-никак Фриц был гранд-магом, то есть относился к ларентийской аристократии, обитавшей в старом городе. Своего дома у него в столице не было, но останавливаться ему полагалось именно там.
И мы остановились! В переводе с ларентийского наше временное жилье скромно называлось домом для путников, хотя на Земле я бы его приняла за пятизвездочный отель в старинном стиле. Трехэтажное здание было построено из гладкого камня, напоминающего мрамор. Полы внутри выстлали натуральным ( а каким же еще!) деревом, повсюду стояли кожаные диваны и кресла, горели магические светильники. В моем номере помимо комнаты с большой кроватью была ванна, причем с горячей водой. Я была в полном восторге, однако паршивец Фриц быстро охладил мою радость:
- Поживешь здесь несколько дней, а затем переселишься в академическое общежитие.
Мы спустились в столовую, и должна сказать, что качество обслуживания и подаваемой еды целиком соответствовали уровню отеля. Хотя сидевший неподалеку господин, попробовав одно из блюд брезгливо скривился и устроил разнос ни в чем не повинному официанту.
- Он считает, что в мясо из гхара забыли добавить кисло-сладкий соус. Наверняка господин прибыл из южных провинций, только они портят изумительное блюдо ненужными добавками, - тихо сказал Фриц.
Удивительно, но я не испытывала ни малейшего волнения, хотя до решающего момента в моей новой жизни осталось всего ничего. Мой опекун выразил сожаление, что в старом городе нет мест, где мы бы проверили мои умения на практике, и намеревался отправиться на природу, но я легкомысленно заявила, что в этом нет никакой необходимости и лучше бы осмотреть старый город, который я еще толком не увидела. В отместку Фриц несколько часов гонял меня по теории, с каждой минутой все больше удивляясь тому, как основательно я усвоила материал. На Земле я никогда не ходила в отличницах, и у меня возникло предположение, что магия отупляет людей. Они полагаются на чудеса, а не на собственный разум. Поэтому землянин со средними способностями здесь мог сойти за гения.
Старый город впечатлял! Никогда еще мне не доводилось видеть столько величественных зданий, причем я, как выходец из двадцать первого века, не сразу осознала, что это не дома-музеи, здесь реально живут люди, ларентийские богачи, а когда осознала, мое восхищение еще больше увеличивалось. Разумеется, королевский замок затмевал все остальное своей красотой и величественностью. Он стоял на холме, а рядом с ним в низине находилась магическая Академия, тоже, как и старый город, обнесенная стеной.
- Чтобы студенты, выбравшись толпой, не натворили дел, - то ли пошутил, то ли на полном серьезе пояснил Фриц.
- Зайдем, - предложила я.
- Ага, размечталась! Вход в Академию разрешен только преподавателям и студентам. И членам королевской семьи, разумеется.
- Как же я туда попаду?
- В дни вступительных экзаменов для выпускников, имеющих школьные рекомендации, вход свободный. После испытаний рекомендации изымают, заменяя счастливчику на пропуск а неудачнику указывая на дверь.
Площадью старый город раза в три превосходил Кремль, и в отель я вернулась, изрядно вымотавшись. Сказывалось отсутствие нормальных тренировок в последние два года. Зато спала, как убитая, и встала бодрая, полная сил, готовая своротить горы. Позавтракав, напялила осточертевший балахон и отправилась сдаваться. Первые трудности начались уже по пути. Я привыкла к тому, что в Гульде к ученикам магической школы относились с уважением и даже опаской. Никому бы не пришло в голову остановить будущего мага или отпускать в его адрес язвительные замечания. Не то столица. Каждый второй из шедших навстречу представителей золотой молодежи (а в старом городе другой молодежи практически не было) отпускал в мой адрес замечание или делал откровенные предложения.
- Не старовата ли ты для Академии? – глумливо спрашивал один.
- В какой глухой дыре тебя откопали? – интересовался второй, намекая на мою походку, не имеющую ничего общего с вальяжной поступью аристократов.