Тогда я пустилась на хитрость, для вида швыряла файерболы, а големов приканчивала ментальными ударами, что строжайше запрещалось. Для боя мы должны были использовать только заклинания из общей магии. Но физрук подвоха не замечал, и я было совсем раздухарилась, но последовал жестокий облом. Как выяснилось, на экзамене обязательно присутствовал кто-то из магов, который легко бы распознал мою уловку.
Кстати, в Академии не было привычной мне практики зачетов. По любому предмету, даже если он изучался пару месяцев, мы сдавали экзамен.
А еще мне с частичным успехом навязали роль наседки. Папаша Трахиры, узнав о несчастье, случившемся с дочерью, примчался в Академию. Проторчал он тут несколько дней и в один далеко не прекрасный момент отыскал меня для серьезного разговора.
- Анна, - начал он голосом, каким, по моему мнению, некроманты вызывают духов умерших предков. – Вы – девушка взрослая и рассудительная, а моя дочь слишком молода, и у нее отсутствует жизненный опыт. В этом есть и моя вина, однако сейчас я о другом. Очень прошу вас присмотреть за Трахирой. Она способна бездумно увлечься, ее легко сбить с пути истинного… надеюсь, вы понимаете, о чем я.
- Наверное, не о физической травме, от которой я при всем желании не могла ее уберечь, а о моральном ущербе.
- Совершенно верно. До меня доходят слухи, что за последние годы в Академии случилось падение нравов, здесь процветает распущенность. Мне бы не хотелось, чтобы моя дочь стала очередной жертвой одного из столичных хлыщей.
Анна в стране чудес ч.4
Насчет хлыщей папаша угодил в точку, а вот касательно распущенности я бы с ним поспорила. Дело в том, что с некоторого времени я стала ощущать назойливое внимание студентов, главным образом старшекурсников. Какое отношение это имеет к моим сомнениям в распущенности? Самое непосредственное. Дело в том, что, если говорить о привилегированных сословиях Ларенции, для девушки считалось чем-то немыслимым утратить свою честь до свадьбы. И хотя студенточки вовсю флиртовали с парнями, дальше невинных поцелуем дело не заходило. Девственников это вполне устраивало, но хватало в Академии ребят уже познавших прелести плотской любви. Некоторые из них, будучи по натуре романтиками, удовлетворялись созерцанием своих милых подружек. Но были и те, кого просмотр не устраивал категорически. Они игнорировали студенток, предпочитая публичные дома старого города. И тут кто-то пустил слух, будто я давно не девушка. Мол, в том диком государстве, откуда я родом, сексом начинают заниматься чуть ли не с пеленок.
Не знаю, почему вокруг моей скромной персоны возник такой бешеный ажиотаж. Говорят, что я красива. Но в домах терпимости старого города, рассчитанных на элитную публику, наверняка хватало красивых женщин, причем на любой вкус. Возможно, богатенькие детки умели считать денежки и наивно решили, что достаточно будет меня разок сводить в шикарное заведение, вскружить голову роскошью, а затем пользоваться мной бесплатно. Это дешевле, чем каждый раз платить ночным бабочкам. Наивные, они не знали выражения «дороже всего обходится та женщина, которой от тебя ничего не надо». А мне от них на самом деле ничего не было надо. Не заметила я среди этих юнцов мужчины, на которого можно было бы положиться, за которым бы чувствовала себя, как за каменной стеной. Впрочем, я бы согласилась и без каменной стены, если бы человек запал мне в душу, если бы я поняла, что с ним готова хоть в небо, хоть в бездну, хоть на край света, лишь бы он был рядом. Среди озабоченных студентов никого похожего не наблюдалось.
И я решила слегка позабавиться. Грех не воспользоваться ситуацией, если потенциальные жертвы сами напрашиваются. Среди претендентов на мое… не буду лицемерно писать «сердце», но и от точного указания, на что именно претендовали будущие маги, воздержусь… я выбрала высокого тощего парня, которому местные боги компенсировали нескладную фигуру смазливой физиономией. Звали мою жертву Лорик Мезонаут, учился он на последнем курсе и происходил из зажиточной, но провинциальной дворянской семьи. Я оттого и положила глаз на провинциала, что от родни столичного аристократа могла прилететь неслабая ответка.
Действия Лорика я легко просчитала еще до того, как приняла его неуклюжие ухаживания. Он пригласил меня в одно из заведений старого города с привычно грубоватым для Ларенции названием «Только не лопни». Очевидно хозяева намекали на то, что их еда выше всяких похвал и неосторожного едока может довести до летального исхода. По земным меркам «Только не лопни» тянул на трехзвездочный ресторан. И обстановка и еда были выше всяких похвал. И здесь я дала Лорику шанс отделаться от меня с минимальным ущербом, если можно так назвать неслабый счет за ужин. Причем мне не пришлось исподволь подводить его к нужному разговору, он сам поинтересовался, что собой представляет моя родина, каковы нравы живущих в ней людей. Тут уж я дала волю своей фантазии. Хотя, если быть точной, я главным образом пересказывала классические сюжеты, кое-что добавляя от себя.