- Аннабель, Аннабель! Самому не надоело? - все ещё пытаясь держать лицо, брюнетка присела в кресло у окна. - Да, я взяла деньги, а кто в здравом уме станет отказываться от них?
- Ты всегда была такой, - мужчина вышел из-за стола. - Сколько я тебя знаю, ты всегда была такой. Расчетливой, жадной, меркантильной, завистливой, ищущей во всем выгоду, - Блэк начал медленно приближаться к девушке. - Я всегда закрывал глаза на твои выходки, каждый раз пытаясь искать оправдание тем или иным, твоим поступкам. Но только не сейчас. Сейчас ты перешла черту, - брюнет застыл у окна.
- И что? Выгонишь меня? А может быть, ударишь? - Коллинз медленно поднялась с кресла, вплотную подойдя к мужчине.
- Будь ты мужчиной, я бы проломил твой череп о стену. Но, увы, - холодно произнёс Блэк, сверля взглядом Селесту. - Поэтому, я просто, по-хорошему, предлагаю тебе покинуть этот дом, исчезнув из моей жизни, раз и навсегда.
- Допустим, я соглашусь, только, что с того? - брюнетка играла с огнём.
- Второго варианта нет. Ты просто должна убраться. И чем скорее, тем лучше.
- Хорошо, но мне, же нужно будет на что-то существовать первое время. Все-таки я лишаюсь работы и крова над головой, - и снова эта жадность вперемешку с расчетливостью.
- Я уже достаточно тебе заплатил, приплюсуй ещё туда те деньги, которые ты получила за Бель. С тебя хватит, - стиснув зубы, процедил брюнет. - Ах да, чек, который я тебе выдал ранее не подписан. Поэтому, в твоих же интересах согласиться на мои условия и при этом остаться хоть с какими-то деньгами, нежели, остаться "голой" и без крова над головой.
- Что?! - не веря собственным ушам, Коллинз достала из кармана брюк небольшой клочок бумаги.
- Если бы ты не была настолько жадной до денег, ты бы сразу заметила эту маленькую оплошность, - хитро улыбнувшись, мужчина обнажил свои белоснежные зубы.
- А ты ещё тот засранец, Блэк, - Сел явно не ожидала подобного поворота событий. Девушка привыкла всегда и во всем быть первой.
- Ну, так, есть, у кого поучиться, - брюнет взял в руки бутылку виски. - Так что, Сел, играем по моим правилам, или будешь продолжать гнуть свою линию? - поинтересовался мужчина, наполнив стакан наполовину.
- Черт с тобой, подписывай чек, - положив бумажку на стол, согласилась брюнетка.
- С вами приятно иметь дело, миссис Коллинз, - взяв ручку, мужчина поставил подпись. - За твой скорый отъезд, дорогая Селеста, - залпом осушив стакан, улыбнулся брюнет.
- Надеюсь, что ты будешь счастлив со своей шлюшкой, - холодно обронила через плечо Коллинз, громко хлопнув дверью.
Глава 16
Номер 322 был воплощением истинной элегантности и уюта, где каждая деталь, казалось, была создана для того, чтобы подарить своим гостям чувство умиротворения и комфорта. Мягкое свечение настенных светильников, проникая сквозь полупрозрачные абажуры, ласково освещало пространство, играя отблесками на шелковистых обоях цвета слоновой кости. Эти обои, словно бархатные полотна, поглощали звуки внешнего мира, создавая иллюзию полной изоляции от городской суеты. В самом сердце комнаты возвышался массивный дубовый стол, украшенный искусно выполненной инкрустацией. Поверхность стола, отполированная до блеска, отражала предметы вокруг себя, придавая им почти сказочный вид. Над столом, как венец этой композиции, парила хрустальная люстра, чьи многочисленные грани рассыпали вокруг миллионы крошечных бликов, напоминающих звезды, мерцающие в безлунную ночь.
Здесь, окружённый этим великолепием, сидел мужчина. Его фигура, застывшая в кресле напротив окна, выглядела так, будто она была неотъемлемой частью интерьера. Глаза мужчины были устремлены вдаль, туда, где за окном постепенно угасали последние лучи закатного солнца. Город Атланта, раскинувшийся перед ним, уже начинал тонуть в мягком сумраке вечерних теней. Силуэт мужчины, чётко вырисовывавшийся на фоне уходящего дня, казался частью этого величественного пейзажа. Лицо его было иссечено множеством тонких, едва уловимых морщинок, свидетельствующих о нелегких дорогах, пройденных за годы жизни. Но, несмотря на это, в его взгляде всё ещё сохранялся живой блеск, тот самый огонь, который не может погаснуть под грузом жизненных испытаний. Одетый в безупречно скроенный костюм, подчёркивавший его стройную фигуру и внушительную осанку, он производил впечатление человека, привыкшего держать всё под контролем.
Перед мужчиной на столе лежала раскрытая книга, её страницы были испещрены аккуратными строками, написанными мелким, но разборчивым почерком. Эта книга представляла собой нечто большее, чем просто дневник; это была хроника его жизни, повествование о взлетах и падениях, радостях и печалях. Каждый раз, когда блондин брал эту книгу в руки, он находил время, чтобы добавить несколько новых записей, описывающих события прошедших дней. Возможно, если выпадет такая удача и вдохновение, Роджер может оставить несколько строк с планами на будущее.