Гансик почесал в затылке.
— Тройку?.. Не пугайте так человека с самого утра!
— Обдумай это предложение, — рассмеялась фрейлейн Никлас. — И представь себе удивление ребят.
Она ушла, а я для порядка ещё разок наподдал Гансику за Мурлыку.
После школы я сперва пошёл к Фрицу — поглядеть, как там поживает мой Мурлыка. Он сразу меня узнал, подошёл и давай мурлыкать от радости. Грета отлично провела с ним время. Таких прекрасных кошек она ещё в жизни не видела.
— Ты бы нам хоть на немножко ещё Мурлыку оставил!
— Ладно уж, оставлю, но только на одну ночь. А потом опять принесу — на день и на ночь.
— Глядите за ним, чтоб не убежал, — предупредил я, уходя домой.
Дома меня ожидала не слишком приятная новость. Мать рассказывает:
— Подумай только, вчера вечером куница всё-таки забралась в курятник! Одно яйцо разбила и выпила. Придётся нам её подкараулить. Сегодня, наверное, опять наведается.
— Да нет уж, больше не наведается, — говорю я.
— А ты откуда знаешь? — спрашивает мать.
Я покраснел.
— Ну, просто я так думаю, — начинаю я выкручиваться. — Она ведь уже заметила, что её обнаружили.
— Ладно, посмотрим, — говорит мать.
Минутку я поразмышлял, не посвятить ли маму в нашу тайну. Очень уж опасная игра получается для Мурлыки. Но всё-таки я этого не сделал. А потом мне и самому смешно стало. Уж куда им поймать моего Мурлыку!
Примеры по математике я проверил два раза, ни одной кляксы не посадил. Четвёрку поставит — это уж точно. А потом мы с Гоппи отправились в гости к Фрицу. Мурлыка сам тут же подскочил к Гоппи — давай, мол, поиграем! Ну мы и хохотали, глядя на их возню!
Только рано я радовался.
Вечером мать рассказала отцу про разбитое яйцо. Когда куры сели на насест, отец загородил доской вход в курятник.
— На всякий случай, — сказал он мрачно.
Я уже лёг в постель, но никак не мог заснуть. И вдруг слышу, мать говорит:
— Куры опять вышли из курятника! Видно, куница отодвинула доску!
Я прямо похолодел. Неужели Фриц с Гретой не уследили и Мурлыка удрал? Я выскочил во двор в одной пижаме. Отец как раз загораживал доской вход да ещё камнями закладывал.
— Вот ты и попалась, голубушка, — приговаривал он, довольный своей затеей.
А куры стоят рядом и глядят на него так устало. Эх, хоть бы я точно знал, Мурлыка там сидит или кто другой?
Отец опять разыскал свою дубинку. У меня прямо сердце остановилось, когда я её увидел. А мать стала осторожно шарить рукой в гнезде — она всегда яйца через боковую дверцу вынимает. И вдруг как вскрикнет! И отдёрнула руку.
— Она меня оцарапала! — кричит и руку показывает. А на руке и правда царапина.
Ну, всё. Теперь мы с Мурлыкой попались.
— Вот погоди, я тебе поцарапаюсь! — говорит отец и подходит к боковой дверце.
Но я уже подскочил к ней сам и кричу:
— Постой, подожди, папа! — Распахиваю поскорей дверцу и хватаю Мурлыку. Он сопротивления не оказывает и вообще ведёт себя мирно. — Это ведь просто Мурлыка… — говорю я. А сам боюсь разреветься.
— Что ещё за Мурлыка такой? — спрашивает отец и глядит то на меня, то на мать.
— Мой Мурлыка, — говорю я.
Так всё и раскрылось. Никаких путей к отступлению. Да мне и самому эта морока порядком надоела. Пришлось уж всё рассказать. И стал я просить отца оставить мне Мурлыку. Уж и не знал, что ему пообещать.
— Вот увидишь, четвёрку по математике получу, — говорю я. — Вот увидишь!
— Понятно, — отвечает отец и показывает глазами на мамину царапину. — А это что такое? Мурлыка-то твой царапается!
Мне и самому было жалко мать.
— Да он ведь ещё вас не знает! Вот если пустите его в дом, будете к нему хорошо относиться, ну разве он станет царапаться? Со мной-то он очень дружит, — говорю я.
— Да нет, ты только посмотри, — отвечает мать и показывает мне свою руку.
Но я по её голосу чувствую, что она уже не всерьёз сердится. И крепко прижимаю к себе Мурлыку. Так легко я с ним не расстанусь.
— Да, — говорю я отцу, — вот Мурлыку вы ругаете за то, что он в темноте оцарапал человека, с которым вообще не знаком. А твоя безмозглая мышеловка сразу тебя за палец цапнула, только ты к ней подбежал. А ведь она-то с тобой близко знакома!
Гоппи потянул меня за пижаму. Он всё поглядывал на Мурлыку — нельзя ли с ним поиграть.
И вдруг отец как рассмеётся! Не знаю уж почему. Может, вспомнил что-то смешное? Смеётся, и всё тут! Я поглядел на мать, и она тоже смеётся. Ну что же мне оставалось делать? Я тоже рассмеялся от радости — я ведь уже сообразил, что Мурлыка у нас остаётся.