Что чувства к ней окажутся не такими сильными, однако, каждый раз при виде неё, он превращался в робкого мальчишку с чёртовой первой любовью. Он видел, как она борется внутри самой себя, как отводит глаза, чтобы не задержаться в его собственных хоть на минутку, как меньше касается его, как реже разговаривает. Но всё это лишь притворство, то, что она пыталась внушить самой себе.
Он знает, потому что испытывает то же. С самой первой встречи он только и делал, что старался не делать шагов вперёд, гонимой одной мыслью – сейчас не лучшее время.
Когда она отважилась поцеловать его, он думал только об одном – наконец-то. Её мягкие губы казались ему сладким Адом, из которого он не мог бежать. Он так давно хотел сделать это, каждый раз смотря на неё, но сдерживался, понимая, что ещё не время. Тогда он был даже не уверен в её чувствах. Но как ему было приятно видеть этот смущённый взгляд, эти покрасневшие щёки и блеск в небесно-голубых глазах.
Он был влюблён.
– Вакцина Хейли готова, её антитела использовали для пробников, – рассказывает Орланд по дороге в город. Хьюстон был достаточно далеко, и обычно они ездили в небольшие городишки поближе, как и сейчас.
– Вы вкололи его? – Коди сидит на пассажирском, протирая пистолет.
– В течение двух дней вколем, сначала нужно вывести прошлый препарат, дабы не возникло путаницы.
Коди кивает, оглядывая территорию, на которую они въехали спустя двадцать минут. В этом городке наблюдалась наименьшая активность эльроинов, что было на руку. Эта территория давно находится под присмотром Тагрона, и у Коди на неё были свои планы, о которых он только раздумывает.
Парни вышли из машины и быстрым шагом пошли в сторону обычного магазина. На улице светило солнце, и это было единственное, что их согревало. Изо рта шёл пар, а горло ссадило от вдыхаемого холодного воздуха. Зима близко.
В подобных маленьких городках, где население не превышало восьми тысяч человек, практически не пострадала инфраструктура. В магазинах всё лежало по полочкам и редко можно было увидеть поваленные стеллажи и разбросанные товары. Нескольких эльроинов отсюда Коди лично забирал для лаборатории.
Пройдя мимо стеллажа с газетами и различными журналами, Орланд резко остановился, окликая Сандерса. Коди отвлёкся от собирания консерв в рюкзак, и закатил глаза, всё же подходя к взволнованному другу. Тот сжимал в руках, как новенький, номер местной газеты.
– Смотри, – Орланд протягивает Коди газету, где на главной странице красуется новость об эльроинах и фотография первых добровольцев. – Никого не узнаёшь?
Коди щурится, пытаясь внимательнее рассмотреть лицо каждого, кто изображён на фото. Пятого человека справа он узнаёт сразу.
– Хейли…
Девушка стояла в юбке ниже колена, в простой белой блузке и длинном пиджаке. Хейли улыбалась, а её кудрявые волосы были собраны в незамысловатую причёску. Орланд кивает, открывая статью и начиная читать.
– Новый мир, новые люди… ага-ага…добровольцы…ага… вот!
Коди тут же шикает на него, говоря не кричать. Орланд шёпотом начинает читать:
– Добровольцами стали… Хейли Маннкувер – одна из помощниц главного редактора… ага… удостоилась награды «журналист месяца» ага-а-а…
– Дай сюда, – Коди закатывает глаза и вырывает газету из рук друга, пробегаясь глазами по статье. После того, как Хейли узнала всю правду, она более не заикнулась об этом, предпочитая держать воспоминания при себе.
Коди не настаивал, но ему каждый раз было любопытно узнать о том, как всё произошло. Но знала ли сама девушка о том, что была добровольцем? Вероятнее всего.
Орланд не теряет времени зря, берёт ещё одну такую же газету, кладя её в сумку и уверенными шагами направляясь к стенду с алкоголем. В магазине стоял ужасный запах стухших овощей и продуктов, отчего Коди поморщился, на пару секунд отвлекаясь от газеты. Пожалуй, стоит провести здесь уборку.
Глава 22
В этот раз недалеко от лагеря меня ждала машина. Обычный чёрный пикап, рядом с которым гулял Орланд. Заметив меня, он улыбнулся и открыл мне пассажирскую дверь. Я выгнула бровь, уверенно идя к водительской двери и сразу запрыгивая в машину. К слову, водительские права я так и не успела получить, однако способности к вождению у меня были от отца, который имел стаж вождения больше двадцати лет. Помнится, в детстве я даже хотела стать гонщицей.
Сейчас эти воспоминания не греют, а лишь причиняют боль от осознания того, что родителей теперь нет рядом и всё вовсе не так, как я когда-то хотела. За последние пару недель я вспомнила ещё больше событий из своей жизни, вспомнила родителей… и всё чаще задавалась вопросом о том, живы ли они.