***
«Что здесь делает шкатулка моей дочери?»- удивленно спросила у камеристки княгиня Эвита. «Её прислали из дома Валишевских еще затемно, когда вы еще были в отъезде»,- ответила ей служанки. «Записки не было»,- развела руками она. «Странно»,- заспанно пробормотала княгиня, машинально щелкая замочком шкатулки.
Несмотря на то, что время было уже послеобеденное, аристократка лишь недавно пробудилась после полуночной поездки в городскую тюрьму. Однако стоило шкатулке открыться, как остатки сна тотчас же сошел с нее, поскольку вложенные в резную малахитовую коробочку ожерелье, браслеты и серьги не предвещали ничего хорошего. Неверной рукой достав из шкатулки вчетверо сложенную записку, женщина бегло проглядела текст.
Я хотел бы начать это письмо с пожелания вам доброго дня, княгиня, но, к сожалению, не могу, поскольку моей жены и вашей дочери сегодня утром не стало. В связи с этим я, как и предусмотрено брачным контрактом, возвращаю ваши фамильные украшения, прочие драгоценности принадлежали Марцелине лично и отошли по завещанию нашей с ней дочери. Другие личные вещи вы можете забрать в нашем доме.
Прощание с телом Марцелины будет также в нашем доме этой ночью. В силу родственных отношений между ней и вами вынужден пригласить на него.
Надеюсь, вы не используете это приглашение в корыстных целях. Ведь как ни прискорбно, но ваши интриги сыграли не последнюю роль в смерти Марцелины, поэтому прошу хотя бы сейчас проявить к ней уважение.
«Так значит я еще и виновата!»- гневно вскричала княгиня, бросая шкатулку вместе с письмом в камин. «Единственная моя вина состоит в том, что я позволила Марцелине выйти за тебя»,- продолжила бушевать женщина. «Надо было сразу настоять на протесте против аннулирования брака с королем, и тогда дилемма выбора между детьми просто бы не возникла»,- сокрушенно произнесла Эвита Нейлант. «Но Марцелине же хотелось показать гордость, и, вот, что из этого вышло»,- сплюнула она.
«Мадлен, подготовь мне траурное платье к сегодняшнему вечеру»,- приказала всё это время молча стоявшей камеристке княгиня. «Какое именно?»- деловито осведомилась девушка. «С расшитым кружевом лифом»,- чуть подумав, ответила ей госпожа. «И не забудь про вуаль, разумеется, самую длинную»,- прибавила она.
«Да, еще, подбери похоронный наряд для принцессы Катарины»,- хлопнула себя по лбу княгиня Эвита. «Думаю, мы сможем подогнать под нее какое-нибудь из ваших старых платьев»,- предложила Мадлен. «Все мои платья закрытые»,- поморщилась княгиня. «А я хочу, чтобы все видели красоту нашей Катарины»,- не без гордости произнесла женщина. «Ведь прощание – это тоже своего рода прием»,- заметила она.
«Но траурное платье нужно заказывать, никто не пошьет его за пару часов»,- осмелилась возразить ей Мадлен. «В таком случае, пусть Катарина будет не в черном, а в темно-синем, в салоне мадам Лацау наверняка что-нибудь найдется»,- ответила княгиня. «Будет исполнено»,- присела в книксене Мадлен.
***
«Занимаешься, дорогая?»- ласково осведомилась у Карины бабушка. «Да, так, скорее изучаю собственную родословную, ведь, я практически ничего не знаю об истории семьи»,- ответила девушка, нехотя отрываясь от увесистого томика, озаглавленного «Династия Мартелл». «Похвальное занятие»,- дала оценку деятельности внучки княгиня.
«Ну, а я вынуждена сообщить, что сегодня в нашей семье произошло новое событие и, к сожалению, абсолютно невеселое»,- с тяжелом вздохом переменила тему она. «Твоей мамы не стало этим утром, Катарина»,- сообщила княгиня. «Что? Но ведь она была абсолютно здорова всего пару недель назад»,- растеряно произнесла Карина.
«К сожалению, ты ошибаешься»,- покачала головой Эвита Нейлант. «Последнюю неделю Марцелина болела»,- пояснила она. «Но я не предполагала, что эта болезнь сведет ее в могилу, в конце концов она сама даже не сказала мне про свое состояние»,- с нотками обиды произнесла княгиня. «Всё это казалось лишь слухами…»- пробормотала она. «А теперь Марцелины больше нет…»- опустошенно произнесла женщина.