***
В доме Валишевских
Княгиня Эвита не ошиблась, когда сказала, что появление Карины на прощании не встретит никаких препятсвий, слишком уж много людей было на него приглашено. Значительная часть из них, конечно же, была родственниками Марцелины, ведь семьи Нейлант и Валишевских всегда были довольно многодетными. Многочисленные братья и сестры различной степени близости родства с усопшей, дяди, тети, племянники и племянницы, а также родственники по закону, то есть со стороны мужа покойницы, буквально заполонили собой зал, отведенный для прощания.
«Видишь тех женщин, что сидят возле самого гроба?»- шепнула внучке княгиня Нейлант. «Это представительницы самых знатных родов Илларии»,- пояснила она. «Считается хорошим тоном приглашать на такие мероприятия высшую знать, дабы продемонстрировать собственную принадлежность высшему кругу»,- продолжила объяснять княгиня. «Признание этих дам даст тебе очень и очень многое»,- уверенно высказалась Эвита Нейлант. «Самое главное, чтобы это признание произошло»,- ответила Карина.
«Дорогие родственники и друзья, спасибо, что пришли»,- прервал царивший в прощальной зале гомон Слободан Валишевский, наконец, пробившийся через толпу к гробу. «К сожалению, сегодня нас собрал здесь отнюдь не радостный повод – смерть моей любимой Марцелины»,- печально произнес он. «Думаю, никто из нас не ожидал этого, и тем не менее это произошло»,- тяжело продолжил граф.
«Вознесем же прощальную молитву!»- призвал собравшихся вдовец, после чего опустился на колени и принялся произносить напевный текст. Присутствующие подхватили за ним. Постепенно мраморная зала наполнилась звуком заунывной молитвы и дымом благовоний, зажжённых до начала церемонии и теперь достигших пика благоухания.
Где-то через полчаса после начала церемонии у Карины начали основательно ныть колени. Холодный и жесткий мрамор чувствовался, даже несмотря на множество нижних юбок ее траурного платья, а густой запах благовоний вдобавок мешал сосредоточиться. Перспективы от посещения церемонии, расписанные ей бабушкой, сейчас казались довольно призрачными, и потому всем чего хотелось Карине, так это покинуть склеп Валишевских.
В конечном счете особо близких отношений с Марцелиной у девушки не было. Графиня Валишевская успела дважды предать дочь, сначала согласившись на ее аннулирование, а затем привезя к себе домой инкогнито и отказавшись дать признание. И потому Карина вовсе не испытывала какой-либо боли потери. Всем, что она ощутила после известия о смерти матери, было удивление внезапной смерти этой еще довольно молодой и совсем недавно здоровой женщины.
«Мадемуазель, вам плохо?»- едва успела предотвратить падение засыпающей от монотонной молитвы Карины гостья рядом. «Уже всё прошло, спасибо»,- вежливо ответила девушка. «Может быть, вам выйти на воздух?»- предложила женщина. «Нет, не хочу пропускать ни минуты прощания с мамой»,- соврала Карина.
«Валери? Ты так сильно изменилась…»- пробормотала женщина. «Я Катарина»,- поправила ее Карина. «Катарина?»- растеряно переспросила собеседница. «Катарина Мартелл – дочь Марцелины Нейлант и короля Иринарха»,- ответила девушка, поднимаясь с колен и откидывая вуаль. «И мы с бабушкой пришли, чтобы забрать тело моей мамы, дабы как и положено захоронить его в семейной усыпальнице Нейлант»,- громко сообщила она.
***
«Ну, вот и всё»,- когда прощальная зала наконец-то опустела, невесело резюмировал Адриан. «Наша бабушка-интриганка снова всех обставила»,- печально усмехнулся он. «Кажется, у меня теперь только одна дорога – через границу»,- обреченно произнес граф Валишевский младший.
«Ты и вправду хочешь уехать?»- обеспокоенно встрепенулась Валери. «А что мне остается?»- ответил ей вопросом на вопрос брат. «Нейланты признали девчонку при свидетелях, а наш отец еще и позволил им забрать мамино тело»,- неприязненно произнес молодой человек. «Так что формально наша семья тоже ее признала»,- констатировал Адриан. «Боюсь, это немного не то, о чем мы договаривались с регентом»,- заметил он.
«Отец пошел на уступку княгине Нейлант только потому, что она мать нашей матери»,- возразила Валерия. «Все прекрасно понимают, что это вовсе ничего не значит»,- заявила она. «Отец пошел ей на уступку просто потому, что никогда не мог настоять на своем»,- отрезал Адриан. «Замужнюю женщину всегда хоронят в усыпальнице по роду мужа»,- многозначительно поднял палец он. «А её родители лишь присутствуют при этом в качестве гостей»,- небрежно добавил молодой граф. «Эта уступка была грубым нарушением устоев, признанием, что наша мать никогда не принадлежала к семье Валишевских»,- веско произнес он.