- Тогда держи, - Курилов достал мятый червонец и передал его Феде.
Тот быстро встал с дивана и, направившись к двери, бросил на ходу.
- Я быстро. Ты пока яйца варить поставь.
- Вот ты мне скажи, Серёга. Там такой наладчик как я, сколько зарабатывает? - Фёдор пьяными глазами уставился на собеседника.
- Как ты? - Курилов икнув, смерил взглядом своего собутыльника.
- Да.
- Такие как ты, зарабатывают много, - Сергей постарался дипломатично выразить своё отношение к этому щекотливому вопросу.
- Ну, ты скажи цифру своему другу, - продолжал наседать Фёдор.
- Хорошо. Минимум две тысячи евро.
- Чего? - искренне удивился Фёдор.
- Две тысячи евро. По-моему я всё чётко сказал.
- Это что за валюта? В Израиле, что ли?
Этот вопрос смутил Курилова.
"Е-п-р-с-т! Евро же приняли в середине девяностых"! - мелькнула мысль в его голове.
- Да, в Израиле, - пришлось солгать Сергею.
Фёдор, прищурив правый глаз, посмотрел на Курилова.
- Ты что, еврей что ли?
- Почему сразу еврей?
- Тогда хрен ли ты меня на их деньги меришь? Ты мне лучше скажи в долларах или дойчмарках.
- Слушай, Федя. Ну... зачем тебе это нужно? - Сергей специально хотел вставить матерное слово, но передумал. - Ты думаешь, там всё хорошо и всё классно? Да ты просто не представляешь, как живёт их миллионер.
- Серёга, ты не обижайся. Давай ещё по соточке и ты мне всё расскажешь, - Фёдор потянулся к бутылке.
- Давай банкуй, - согласился Курилов. Его почему-то тянуло на откровенность.
Ещё бы, это была вторая бутылка водки из шинка за этот вечер.
- Поехали? - Федя поднял свой гранёный стакан и, запрокинув голову, влил в себя стограммовую дозу "Пшеничной".
Курилов тоже залил в себя сорокаградусный напиток. Склонившись над столом, он зачерпнул из открытой консервной банки своей десертной ложкой бычка в томатном соусе и, подложив под него кусок ржаного хлеба, отправил всё содержимое в рот.
"Обычные бычки в томате, а так вкусно. Почему я до сих пор их не пробовал. Это же так просто: водка, бычки в томате и ржаной хлеб", - размышлял Курилов, наслаждаясь этой закуской.
- Ты чего? - Федя тронул его за руку.
- Слушай. Ты где этих бычков покупаешь?
- У меня сеструха в магазине "по заказам" работает. Вот я у неё и отовариваюсь.
- Я так их давно не ел, - Курилов прикрыл свои глаза, наслаждаясь закуской.
- Да ладно. Ты, наверное, за границей такого перепробовал?
Сергей приоткрыл глаза и пьяно посмотрел на друга.
- Всё, что там есть, это красиво, красочно и притягивающее. Но, поверь мне, Федя, это только обёртка. Ты просто не представляешь, что такое жить под прессом долгов, конкуренции и обязательств. Ты даже не представляешь, кем я был там. Но только здесь я почувствовал себя легче. Ты хоть понимаешь, что такое кризис?
Фёдор пьяно мотнул головой, показывая, что слышал этот термин ранее.
- Ни хрена ты не понимаешь. Но я тебе сейчас объясню. Вот допустим, ты миллионер, и у тебя есть свой завод, на котором ты делаешь автомобили. Ты взял деньги в банке, купил металл, комплектующие и сделал хорошие автомобили, а у тебя их никто не покупает. Вот это и есть кризис.
- Это только у них. У нас такого не может быть. У нас на машину годами в очереди стоят.
Сергей глянул на него сверху вниз.
"Наивный! Ты даже не представляешь, как это всё возможно", - про себя подумал Сергей, и вслух добавил.
- Эх, если бы ты знал то, что знаю я, то ты бы думал совсем по-другому.
- Стоп-стоп! Я не хочу знать то, что там знают наверху, а уж тем более знать то, что могут знать те, кто работал за границей. Я человек маленький. Мне главное, чтобы расценки не резали. А на свои двести пятьдесят я как-нибудь проживу.
"Мудак ты, Федя! Разве в этом дело"! - подумал Курилов.
Подвинув стакан ближе к центру стола, Сергей показал на него своим пальцем.
- Давай, накати ещё по соточке.
Фёдор послушно разлил остатки по стаканам.
- Ну, давай, - он снова поднял свой стакан и, запрокинул его в глотку.