- Слушаю.
- Надо вот эти валы срочно в работу запустить, - Лёва бесцеремонно положил перед Куриловым чертёж, сделанный от руки.
- Что это?
- Четыре вала для деревообрабатывающего станка.
Сергей взял чертёж в руки.
- Это что, левак?
Гладков скривил лицо.
- Тебе-то какая разница. Я за план цеха отвечаю. Давай бери и делай.
- А если я не буду их в работу отдавать, что тогда? - Курилов выжидающе посмотрел на диспетчера.
- Ты что, дурак что ли? Ты думаешь, это я себе заказываю?
- Слушай, Лёва. Я тебе тут не пацан зелёный. Мне этот геморрой не нужен на участке. Так что ничего я в работу отдавать не буду. Понял? - Курилов поднялся, давая понять, что разговор окончен.
- Ну-ну, - зло бросил ему вслед Лёва.
Закрыв дверь диспетчерской, Сергей решил пройти по участку, чтобы отвлечься от этого разговора с Гладковым.
Не хватало ему ещё проблем на этой неделе. Осталось всего пять дней до заезда на турбазу. И ему "кровь из носа" надо было получить путёвку в профкоме. И, если он сейчас этот левак в работу запустит, а начальник цеха или его зам не дай бог это обнаружат, всё, прощай характеристика в профком и не видать ему путёвки, как своих ушей.
- Сергей Александрович!
Курилов обернулся на голос Лены Анисимовой.
- Сергей Александрович. Я только что в профкоме была. Не хочу вас огорчать, но придётся. На этой недели с вашей путёвкой на турбазу ничего не получится.
Курилов встал посреди прохода, ошарашенный этой новостью.
- Лена, но вы же обещали. И я уже два раза в ДНД отдежурил, а завтра в третий раз на дежурство выйду, - Курилов сказал это очень эмоционально.
- Сергей Александрович, я сделала всё, что могла, но от нашего цеха уже есть кандидат, а больше одной путёвки нам на цех не выделят.
- И кто же этот счастливчик? - зло поинтересовался Курилов.
- Дубов Иван Павлович. Он бывший фронтовик. Так что ничего сделать, к сожалению, нельзя.
- Вот оно что, - в сердцах бросил Курилов.
Он знал, о ком идёт речь. Это был кладовщик инструментального склада. И самое скверное было то, что Курилов, как мастер участка уже успел с ним поругаться.
- Но вы не переживайте. На следующей неделе, я уверена, что поедете именно вы, - Анисимова, постаралась его успокоить.
"Эх, Лена, Лена. Зачем мне эта путёвка на следующей неделе? Если у меня вернуться назад есть только один шанс. И этот шанс должен быть мне предоставлен в эту субботу. А для этого мне обязательно надо быть на этой турбазе", - Курилов, глядя на неё, подумал о превратностях судьбы.
- Ну не расстраивайтесь вы так, - она постаралась его успокоить.
- Лена, а если Дубов откажется от путёвки, то поеду я? - неожиданная мысль пришла в голову Сергея.
- Ну, если он сам откажется, то да. Поедете вы, - она утвердительно кивнула головой.
- Тогда я пойду с ним поговорю.
- Желаю успеха, - не очень уверенно сказала Лена.
Она знала, какой тяжёлый характер был у Ивана Павловича Дубова. Наверняка, причиной этого была контузия, которую он получил на фронте в конце войны.
Курилов шёл к Дубову, не очень рассчитывая на успех. Он тоже был наслышан о тяжёлом характере кладовщика. Собравшись с духом, он открыл дверь инструментального склада и зашёл внутрь.
- Кто там? - из-за висящей занавески в углу склада раздался голос Дубова.
- Это я, Курилов.
Кладовщик, выглянув из-за занавески, уставился на Сергея через толстые линзы своих очков. Он был лысым, и справа на его гладком черепе отчётливо виднелась продольная вмятина - след от давнишнего ранения.
- Сергей Александрович? Опять ругаться пришёл?
- Иван Павлович, я наоборот извиниться хочу. Вы меня ради бога простите за то, что я вам наговорил в пятницу. Сами понимаете, я же не для себя стараюсь. Я за работу цеха радею.
- Ну ладно. Что ты тут передо мной расшаркиваешься. Что я не понимаю, что тебе от меня что-то нужно. Давай говори, зачем пришёл?
К такому повороту разговора Сергей был явно не готов. Он рассчитывал подойти к этому вопросу, как говорил один его знакомый, на мягких лапах. А Дубов развернул разговор таким образом, что оставалось либо сразу говорить о сути проблемы, либо ретироваться и вернуться позже. Решив, что лучше сказать всё сразу, Курилов начал с самого главного.
- Иван Павлович, я жениться собираюсь, - соврал он.