В простонародье, этот вид травмы назывался "асфальтной болезнью". Ещё раз осмотрев свою разбитую физиономию, Сергей пошёл одеваться. Он не мог остаться дома или идти в поликлинику, потому что сегодня была среда, а это означало, что до заезда на турбазу оставалось три дня, и он должен был быть на работе, чтобы ни дай бог кто-то ещё не мог бы покуситься на его путёвку.
Одевшись, он поднялся на два этажа выше, чтобы поторопить Фёдора. Когда тот открыл дверь квартиры и увидел Сергея, его глаза сразу округлились.
- Что это у тебя с лицом?
- Бандитская пуля, - попытался отшутиться Курилов.
- Я серьёзно тебя спрашиваю.
- Вчера на дежурстве в ДНД пытался задержать опасного преступника, когда тот убегал. Я побежал за ним, но споткнулся и упал, - Курилов решил сказать всё, как было.
- Ладно заливать-то, - улыбнулся Фёдор.
- Вот когда говоришь правду, никогда не верят.
Курилов махнул рукой и пошёл вниз по лестнице.
- Ты не переживай, Серёга. Мужчину шрамы украшают, - этой фразой Фёдор, попытался придать ему уверенности.
Курилов отмахнулся, хотя действительно стеснялся своего вида.
Он шёл с Фёдором к автобусной остановке, стараясь не смотреть на лица встречных прохожих. Как назло, сороковой автобус ушёл прямо перед их носом, а следующий мог подойти только минут через десять, не ранее.
Неожиданно Сергею показалось, что внутри его головы кто-то сказал еле слышным голосом: "Посмотри на остановку напротив".
Взглянув на другую сторону проспекта, Курилов сразу увидел Ольгу Журавлёву. Она стояла не одна, а в компании той самой девушки, хотя нет, скорее молодой женщины, которую он видел у женской консультации в тот день, когда Ольга посещала это заведение.
Было видно, что они о чём-то живо говорили. Неожиданно Ольга, увидев подъезжающий к остановке автобус, махнула рукой этой женщине и поспешила сесть на него.
Проводив Ольгу взглядом, эта незнакомка дождалась разрешающего сигнала светофора и спокойно перешла проспект, остановившись на автобусной остановке недалеко от Курилова.
- Ты на кого так смотришь? - Фёдор внимательно следил за поведением Сергея.
- Вон на ту женщину, - Курилов незаметно показал взглядом на незнакомку.
- Что, нравится? - тихо спросил Федя.
- Ну, так, - Курилов сделал характерный жест.
- Хочешь, познакомлю?
- Ты что её знаешь? - удивился он.
- Конечно. Это Нинка Шерстнёва из двадцать пятого дома. Я ведь всё-таки тут с самого детства живу.
- Вон сороковой идёт, - Сергей резко сменил тему разговора.
Друзья подвинулись ближе к бордюру, откуда удобнее было штурмовать переполненный автобус.
Трясясь в жуткой толчее, Курилов размышлял о том, что теперь, зная имя и фамилию этой незнакомки из женской консультации, он мог попробовать завязать с ней знакомство. Он хотел попытаться выяснить у неё информацию о об Ольге Журавлёвой.
Проходя по цеху, Сергей видел косые взгляды и ухмылки некоторых рабочих, которые сами иногда страдали нарушением трудовой дисциплины. Он точно знал, что сейчас они думали, глядя ему в след.
"Ничего, ещё три дня осталось, и всё", - старался успокоить себя Сергей.
Зайдя в комнату ИТР, он сразу же попал под перекрёстный огонь шуток местных сотрудниц. Только Леночка Анисимова, зная, что Курилов вчера был на ответственном дежурстве в добровольной народной дружине, не стала поддерживать эти выпады, которые сразу посыпались в его адрес.
Выслушав всё эти колкости и незло ответив на такие знаки внимания, Сергей углубился в бумажную работу. Так, сидя за своим столом и заполняя бланки нарядов, он неожиданно подумал о том, что этот мир, который окружает его сейчас, через три дня разом исчезнет вместе со всеми этими людьми. Эта мысль болью отозвалась в его сердце, потому что за неполные две недели, проведённые на заводе "Нормаль", Сергею стало казаться, что он работает тут уже целую вечность. И люди, окружавшие его всё эти дни, неожиданно для него самого, вдруг стали необычайно дороги.
Он старался гнать эти мысли из своей головы, но они снова и снова лезли обратно.
Телефон, зазвонивший на столе экономиста, прервал его размышления. Он был абсолютно уверен, что этот звонок был адресован именно ему. Экономист, подняв трубку, поздоровалась с начальником цеха (потому что звонил именно он) и, выслушав Макеева, повернулась к Курилову.