— Меня зовут Женя, — произнесла девушка и краем глаза заметила, как с интересом за ней наблюдает ее соседка, заправляя копну рыжих волос в хвост. Врач в это время записал имя пациентки в блокнот и со строгим выражением лица ожидал от нее дальнейших показаний. Женя вдруг поняла, что она ничего больше о себе не знает, кроме того, что с ней случилось за последние сутки. Что было до этого и было ли что-то вообще — оставалось для нее загадкой.
[Обращение к отделам памяти
Ответ: файлы не найдены]
— Ваша фамилия, год рождения, адрес проживания… — произнес Вацлав Юстинович, слегка сопя носом.
Женя взялась обеими руками за голову и попыталась сосредоточиться, но ничего конкретного в памяти не всплывало. Так как врать она не умела, да и никогда этого не делала, то ответила честно:
— Я не помню.
— Случай временной амнезии… — сказала Тамара Вацлаву, и они обменялись набором коротких медицинских терминов. Затем Вацлав повернулся к Жене, посмотрев сначала на ее довольно большую грудь, а затем произнес:
— Ничего. Я думаю, тебя уже разыскивают родственники, и скоро ты с ними увидишься. Не беспокойся, сейчас сестра тебе сделает укол, и волнения поубавятся.
В знак согласия Женя кивнула головой. Как только врачи ушли, она встала и подошла к окну, обратив внимание на величественное строение поодаль, от которого, как ей казалось, веяло чем-то пугающим. Строение зазывало ее к себе, и в какой-то момент девушке показалось, что если она продолжит смотреть на него, то разобьет стекло и вывалиться с третьего этажа на асфальт. Она резко развернулась и четко спросила у женщины-соседки:
— А что там за здание? — большим пальцем правой руки она указала назад.
— Оперный театр. Он сейчас на реконструкции, — произнесла женщина и принялась, шелестя пакетами, что-то усердно разыскивать в тумбочке. Вскоре пришла медсестра, и Женя через некоторое время уже лежала на животе в ожидании укола, который подействовал на нее угнетающее. Теперь она просто лежала, глядя в пустынный потолок, и чувствовала, как манит ее к себе странное здание по соседству. Но спонтанно у нее возникали мысли, что все это происходит вокруг не случайно, и то, что она не знает ничего о себе, вовсе не связано с ударом головой…
[протокол № 25
Кибернетическое интегрирование в головной мозг человека
…часть…информации…утеряна…
12.10.2008
Обратитесь в техчасть]
Она почти не заметила, как наступила ночь. Ее соседка, имя которой она так и не удосужилась спросить, мирно спала, а Женя все продолжала смотреть в потолок, так и не заметив, как сама уснула тревожным и беспокойным сном.
9
Столица новоявленной Белорусской Советской Социалистической Республики в эти странные года напоминала больше уездный город, косметически завешанный красными знаменами, между которыми периодически мелькал портрет отца всех народов, пока что еще живого, полного сил и решимости претворить на деле идеи мировой коммунистической революции.
Проспекты, которые приобретут имперский окрас лишь по прошествии глобального конфликта цивилизаций, пока что были всего лишь улицами с невысокими жилыми домами, бережно возведенными в последние годы существования империи, в одночасье ставшей закрытой страницей отечественной истории. Люди ходили по улицам: то в магазин, то посмотреть афиши недавно возведенных театров и кинозалов. Изредка мещанское спокойствие нарушали шумные пионерские шествия и партийные демонстрации, приуроченные чаще всего к какому-нибудь красному дню календаря.
Бывало также, что люди просто исчезали в вихре этих зловещих лет, а в прессе фигурировали такие заголовки, как «красный террор», «классовые враги», «раскулачивание» и прочее, схожее по содержанию.
Каждый, кто с опаской озирался по сторонам, тешил себя надеждой, что все это происходит не с ним, а где-то далеко. В Москве, например, или Киеве, или, вообще, на Дальнем Востоке.
В этот ясный солнечный день в главном штабе НКВД раздался внезапный телефонный звонок по специальной секретной линии. Оператор, который вот уже два года не слышал сигналов оттуда, даже дернулся с места, ибо этот телефон не предназначался для добрых вестей. Перед тем, как снять трубку, он лишь успел сообразить, что звонят из главного управления в Москве.
— Да! — он старался сказать как можно громче, потому, что еще несовершенная телефонная связь создавала разного рода помехи, затрудняющие, порой, общение даже высокопоставленных особ.