— Захотела тебя увидеть. Ты что, разве мне не рад?
— Почему не рад? Рад, — буркнул я.
— Жду тебя, жду. А тебя всё нет и нет. Дай, думаю, сама приеду. Посмотрю, всё ли с тобой в порядке. Димка, вот, тоже про тебя спрашивал. Где, говорит, дядя Серёжа? Почему он всё никак не приезжает?
Насчёт Димки было, конечно, враньём.
Я нервно затеребил пуговицу пиджака. Неужели она ничего не понимает? Неужели её взор застлан иллюзиями? Или я для неё последний шанс, за который она решила отчаянно бороться? Опустила щит перед напирающей реальностью, и ждёт, пока его не обрушат.
— Что же ты молчишь? Ты как, обдумал?
— Пока ещё нет, — промямлил я.
— А когда обдумаешь?
— Не знаю. Тут не всё так просто.
— Что же тут не просто? Тебя что-то держит?
— Ну-у-у… не так, чтобы держит…
— Тебя что-то смущает?
Я озадаченно кашлянул, никак не решаясь перейти на открытый текст, чтобы объяснить своей курортной знакомой нереальность её видов на наше совместное будущее.
Повисла напряжённая тишина. Я скосил глаза. Наталья сидела, ссутулившись, и понуро смотрела на землю. Уловив мой жест, она повернула голову. Я дёрнулся и нервно перевёл взгляд на часы.
— Серёжа, я правильно поняла? Это отказ?
Я достал из кармана платок и вытер нос, хотя в этом не было никакой необходимости.
— Так это отказ?
Мои ладони сжались в кулаки.
— Да, — с трудом выдавил я.
Моя курортная знакомая помолчала, затем выпрямилась, расправила плечи и поднялась с места.
Во мне заговорило чувство вины. Я вскочил.
— Наташа, пойми, мы с тобой совершенно разные люди…
— Да, да, я понимаю, — отмахнулась она и решительно зашагала прочь.
Я бросился за ней.
— Я тебя провожу.
Но резкий взмах Натальиной руки точно пригвоздил меня к месту.
— Не надо!
Наталья уселась в стоявшую у обочины «Шевроле-Ниву», завела мотор и скрылась за поворотом. Я продолжал смотреть ей вслед. Меня переполняла неловкость. Меня терзали горечь и стыд. Душу сжигала совесть…
Спустя несколько дней, поздно вечером, когда я уже начинал засыпать, в нашей квартире раздался телефонный звонок. К аппарату подошла мать.
— Сергей, тебя! — крикнула она.
Я с неохотой поднялся с постели и вышел в прихожую.
— Кто это?
— По-моему, та самая женщина, которая к тебе приезжала.
Мои ноги словно налились свинцом. Я озабоченно вздохнул и взял трубку.
— Да?
Голос Натальи звучал хрипло и подавленно.
— Серёжа, у меня пропал Димка.
Из её короткого и сбивчивого рассказа явствовало, что накануне вечером она вместе с сыном пошла гулять в лес. Углубившись в чащобу на порядочное расстояние, она вдруг внезапно потеряла сознание. А когда очнулась — ребёнка не было. Наталья искала его до глубокой темноты, но так и не нашла. Она в отчаянии бросилась в милицию. Та снарядила поисковую группу. Группа прочёсывала лес весь день, но безрезультатно. Мальчик бесследно исчез.
— Ну, успокойся, возьми себя в руки, — уговаривал её я, с болью в сердце вслушиваясь в доносившиеся из трубки всхлипывания. — Сегодня не нашли — завтра найдут. Твой Димка просто заблудился в лесу. Такое не только с детьми, такое со взрослыми случается. Отыщется. А потом будет с гордостью заливать одноклассникам о своих геройских приключениях.
— Серёжа, я больше не могу, — сквозь слёзы прошептала моя курортная знакомая. — Мне плохо. Я совсем одна. Рядом — никого. Я на грани самоубийства. Я не хочу больше жить…
— Ну, это ты брось! — подчёркнуто строго приказал я. — Не вздумай наделать глупостей! Слышишь? Не вздумай! Я завтра приеду. Поняла? Приеду!
— Ты правда приедешь? — с надеждой спросила Наталья.
— Правда приеду, — пообещал я. — Зайду утром на работу, оформлю отпуск за свой счёт — и сразу на автовокзал. К вечеру буду. Жди.
Я положил трубку, вышел из прихожей, и решительно объявил родителям, что завтра отправляюсь в Навалинск…
Глава восьмая
В сгустившейся синеве неба взошла луна. На землю опустился тяжелый чёрный покров. Дом Натальи был мрачен и тих. От него веяло безжизненностью. Я подошёл к калитке.
«Странная, всё-таки, это штука — аура, — подумалось мне. — Будучи совершенно неосязаемой, не имея ни формы, ни запаха, ни цвета, она, тем не менее, каким-то образом всегда безошибочно улавливается. Очутись сейчас рядом со мной кто-нибудь, кому о Натальином горе абсолютно невдомёк, и попроси я его определить, куда на этой улице нагрянула беда, он, как пить дать, укажет на дом моей курортной знакомой».