Вопреки ожиданиям, жизнь здесь вовсе не замирала после захода солнца. По улицам ещё ходили люди. Где-то закрывались лавки, трактирщики выгоняли последних посетителей, несколько повозок неторопливо катились по мостовой.
Птица описала широкий круг над соседним кварталом. Возле перекрёстка прохаживались двое городских стражников.
— Я тебе говорю, в прошлый раз зря к Марте пошли, — донёсся до меня обрывок разговора.
— А куда надо было?
— К Агнессе. Там девчонки симпатичнее.
— Да ну тебя. У Марты пиво лучше.
— Мы вообще-то не за пивом туда ходим.
Оба дружно рассмеялись, и я невольно усмехнулся.
«Очень важный государственный разговор…»
Птица полетела дальше. На одной из улиц какой-то торговец торопливо закрывал ставни, ворча себе под нос что-то про непорядочных покупателей. Чуть дальше молодая парочка сидела на лавке, явно не торопясь расходиться по домам. В общем, ничего необычного.
Я уже собирался возвращаться, когда заметил движение возле большого каменного особняка. Какой-то человек в тёмной одежде ловко перелез через высокий забор.
— Это уже интереснее…
Я осторожно опустил птицу ниже. Незнакомец быстро огляделся, пригнулся и почти бегом пересёк двор. Через несколько секунд он исчез за домом, а спустя ещё минуту вновь появился, перелез через забор уже с другой стороны и растворился в тёмном переулке.
«И что это сейчас было?»
Вор? Посыльный? Любовник хозяйки дома?
Ответа я так и не получил. Несколько минут птица ещё кружила над кварталом, однако ничего необычного больше не происходило.
Постепенно я почувствовал знакомое давление в висках — сначала едва заметное, но постепенно усиливающееся, — и понял, что пора остановиться.
Не испытывая судьбу, я сразу развернул птицу обратно. Она быстро пересекла несколько улиц, пролетела над крышами домов, нырнула в открытое окно и мягко опустилась мне на ладонь. Я вытащил эфирный кристалл и устало прикрыл глаза.
— Всё-таки… далеко летать пока ещё тяжеловато.
Барсик приоткрыл один глаз, убедился, что со мной всё в порядке, и снова улёгся спать. А я поймал себя на мысли, что механическая птица оказалась полезной не только в аномалии. Если научиться управлять ею ещё лучше, то возможностей станет намного больше.
На следующее утро мы с Марком направились к центру города. После нескольких дней, проведённых среди искривлённых деревьев и постоянного ожидания опасности, обычные городские улицы казались непривычно спокойными. Люди спешили по своим делам, торговцы уже открывали лавки, а где-то неподалёку слышался звон кузнечного молота.
Возле административного здания сегодня было особенно людно. Один за другим подходили отряды, вернувшиеся из аномалий. Я сразу узнал командиров, с которыми мы встретились на обратном пути. Один разговаривал с лекарями, а второй мужчина вообще стоял с перевязанной головой и мрачно смотрел себе под ноги.
Рядом уже ожидали несколько представителей барона. Они быстро вызывали командиров по списку, вручали каждому увесистый кожаный мешочек и делали отметки в толстых книгах.
— Валерий! — раздался голос одного из чиновников.
Наш командир спокойно подошёл, расписался в журнале, получил оплату и почти сразу подозвал к себе людей.
— Подходите по одному.
Делёж оказался недолгим. Валерий без лишних разговоров отсчитывал каждому положенную долю, а через минуту небольшой мешочек оказался и у меня в руках. Пересчитывать я не стал, людям нужно доверять. В любом случае неплохие деньги, особенно если учитывать, что большую часть похода люди действительно спокойно просидели в укреплении. Поблагодарив командира, мы с Марком сразу покинули площадь.
— Пошли, — буркнул инженер. — Закроем уже вопрос с моим долгом.
Вскоре мы подошли к внутренней городской стене. Стражники узнали Марка и без лишних вопросов пропустили нас внутрь.
— Уважают тебя, — заметил я.
— Скорее знают, что я регулярно деньги здесь оставляю.
Минут через десять мы остановились возле уже знакомого здания. Высокие окна, аккуратная вывеска и ни пылинки вокруг. Стоило нам войти внутрь, как навстречу сразу вышел уже знакомый мужчина в дорогом костюме.
— Господин Марк.
— Доброе утро.
В помещении, как и раньше, всё буквально сияло чистотой. Пол блестел, инструменты висели строго на своих местах, а воздух пах свежей кожей и каким-то маслом. Марк молча достал тяжёлый мешочек и протянул хозяину. Тот быстро пересчитал монеты, удовлетворённо кивнул и убрал оплату.
— Всё верно.
После чего повернулся ко мне.
— Господин Серж, прежде чем завершить работу, необходимо провести последнюю примерку. Осталось внести несколько небольших изменений.