— Они приближаются.
— Я и так действую максимально быстро.
Наконец решётка скрипнула и отошла в сторону, и я заглянул внутрь. Проход оказался достаточно широким, чтобы человек мог пролезть на четвереньках. Не очень удобно, но жить захочешь — и не так раскорячишься. Потом я посмотрел на Барсика, на что питомец ответил подозрительным взглядом.
— Что?
— Да вот думаю… — протянул я. — Ты же отожрался уже настолько, что можешь застрять.
Барсик медленно оскалился.
— О себе переживай и лезь уже. А то к нам гости.
Где-то совсем рядом раздался низкий рёв.
— Убедил, — хмыкнул я и первым забрался в вентиляцию.
Металл под ладонями оказался холодным и слегка шершавым. Проход шёл вниз полого, так что никаких верёвок или дополнительных приспособлений не требовалось.
— Кристина, запрыгивай. Пушистый пусть в хвосте лезет!
Девушка без лишних вопросов полезла следом. Последним внутрь прыгнул Барсик. Для своего размера он двигался удивительно ловко, почти бесшумно, хотя места ему действительно было маловато.
Снаружи тут же раздался разочарованный рёв, а через секунду по вентиляции что-то ударило, кажется, электричка… Оглянувшись, я увидел, что вход деформировался, да ещё и нас пылью присыпало неслабо. Я аж чихнул несколько раз. Кристина тихо вскрикнула, я же попробовал вцепиться пальцами в металлический пол.
— Вот этот товарищ точно не пролезет, — спокойно сообщил Барсик. — А вы там пошевеливайте лаптями, а то мне сейчас хвост откусят.
— Да я уже ощущаю себя дальним родственником Шумахера, — попытался я пошутить.
Ускориться, правда, получилось так себе. Передвигаться приходилось только на четвереньках. Ни встать, ни нормально развернуться было невозможно. Колени быстро начали ныть, ладони скользили по металлу, а где-то позади горилла снова пыталась раскурочить вход. Однако её действия лишь снижали поток дневного света. А может, она планирует запечатать нас в консервы?
— Что-то он там совсем расстроился, — озвучил я свою мысль. — Того и глядишь, догонит нас.
— Давай уже шевели поршнями, — буркнул Барсик. — Потому что ближе всех к этому звуку я, а значит, и рискую больше всех.
После такого замечания я всё-таки нашёл в себе силы прибавить темп. Проход постепенно уходил ниже. Снаружи звуки становились глуше, но полностью не исчезали. Несколько раз вентиляцию снова тряхнуло, словно поблизости был эпицентр землетрясения. Через пару минут мы упёрлись в первое препятствие. Естественно, строители понатыкали этих решёток где надо и не надо.
— Да чтоб тебя…
Я подтянулся ближе и осмотрел крепления, быстро поняв, что ничем они от прежних не отличаются. Достав инструмент, я принялся откручивать болты. Тем временем мне в затылок тяжело дышала Кристина, а ещё дальше недовольно сопел Барсик.
— Побыстрее бы, — заметил питомец. — А то мне кажется, что этот волосатый поклонник всё ещё не потерял надежду познакомиться поближе.
Снаружи снова донёсся приглушённый удар. Пришлось ускоряться, чтобы не расходовать нервные клетки своего питомца.
— Передай ему, что я не знакомлюсь без предварительной записи, — ухмыльнулся я и уже собирался продолжить движение, когда заметил узкую щель между секциями вентиляционного канала.
Прижавшись щекой к холодному металлу, я попытался заглянуть вниз. Получилось не сразу, уж слишком узкой была щель, обзор — так себе, но кое-что рассмотреть удалось. Под нами тянулись тоннели, вполне нормальные проходы, пусть и довольно узкие. Стены там слабо светились голубоватым светом. Причём дальше по коридору сияние становилось ярче, словно там находился какой-то источник энергии.
— Интересно…
— Что там? — тихо спросила Кристина.
— Тоннели светящиеся, но нам туда не попасть.
Вентиляция уходила совсем в другую сторону. Можно было, конечно, попытаться проломиться, но подобные идеи в древних комплексах обычно заканчивались стрельбой, взрывами или ещё какой-нибудь радостью.
— Значит, ползём дальше.
В голове держалась простая мысль: эти вентиляционные тоннели не могли продолжаться бесконечно. Рано или поздно они должны были выйти в какое-нибудь помещение. Главное, чтобы это помещение не оказалось камерой с очередным психованным големом. Через некоторое время проход начал заметно расширяться, а потом впереди показался спуск вниз. Я подполз ближе и увидел очередную решётку.
— Да сколько же вас…
Я достал инструмент и принялся откручивать болты. На этот раз получилось быстрее: пара минут — и решётка тихо ушла в сторону. Я осторожно посветил вниз фонариком. Луч выхватил гладкие стены, несколько потухших экранов и дверь в одной из стен. Дверь выглядела массивной. На ней был запирающий механизм и большой круглый рычаг, очень похожий на руль.