Она выразительно посмотрела на меня.
— Ну да, мы же каждый день находим древние источники питания размером с дом.
Я снова повернулся к экранам и начал внимательно изучать картинки. На одном из них показывался длинный коридор. Тот самый, который, видимо, находился за дверью. Там стоял довольно внушительный голем. Значительно крупнее рабочих конструктов и явно куда опаснее. Плечи широкие, корпус усиленный, а на руках закреплены какие-то массивные устройства, подозрительно похожие на оружие. Он стоял возле двери, причём с таким видом, словно не очень понимал, что происходит. Несколько секунд голем вообще не двигался. Потом медленно повернул голову в одну сторону, в другую, развернулся и ушёл в глубину коридора. Я проводил его взглядом.
— Вот кто к нам ломился.
Кристина тихо выдохнула.
— Он ушёл?
— Похоже на то.
— Насовсем?
— А я откуда знаю?
Барсик сел рядом и тоже посмотрел на экран.
— Большой.
— Тут сложно спорить, — кивнул я. — Не маленький.
— И скорее всего невкусный.
— Рад, что мы с тобой одинаково оцениваем угрозы, — кивнул я и перешёл к следующей картинке. Там реактор показывался уже с другой стороны.
Огромный голубой кристалл по-прежнему пульсировал внутри металлических колец, а от него расходились прозрачные трубы. Некоторые уходили в стены, другие — вниз, третьи тянулись куда-то за пределы видимого помещения. И тут моё внимание привлекла одна из труб. Сначала я подумал, что это просто блики на экране, но потом пригляделся внимательнее. От трубы расходился голубоватый туман, причём довольно густой. Он медленно выползал из небольшого повреждения, растекался в стороны и уходил куда-то вверх по соседнему тоннелю.
— А это что ещё такое? — спросил я и наклонился ближе к экрану.
Труба оказалась треснувшей, и трещина выглядела достаточно серьёзной. По ней время от времени пробегали яркие голубые искры, после чего наружу вырывалась новая порция светящегося тумана.
Картинка в голове сложилась неприятно быстро. Если этот реактор действительно являлся центром питания всего комплекса… Если он гонял эфир по прозрачным трубам, как кровь по сосудам… Тогда вот эта трещина вполне могла быть источником утечки. А если утечка длилась не год и не два, а десятилетия или даже столетия… Я медленно повернулся к Кристине.
— Кажется, я нашёл причину аномалии.
Девушка застыла.
— Что?
Я указал на экран.
— Видишь трубу?
Она подошла ближе, внимательно посмотрела и нахмурилась.
— Ты про этот туман?
— Да, похоже, из реактора утекает концентрированный эфир. Не просто фонит, а прямо выливается наружу. Если он годами расходился по местности, то неудивительно, что вокруг всё стало таким весёлым.
Кристина несколько секунд молчала.
— И если это починить?..
— Всё мгновенно в норму не придёт, — сразу сказал я. — Монстры не испарятся, деревья обратно не станут нормальными, а местные гориллы вряд ли извинятся и уйдут в монастырь, но источник подпитки можно перекрыть. Тогда аномалия хотя бы перестанет расширяться.
Собственные слова прозвучали слишком серьёзно. Я даже немного поёжился. Обычно мои великие открытия заканчивались тем, что я что-нибудь чинил, открывал или случайно запускал какую-то мелочь, а тут речь шла уже о целом участке земли, полном чудовищ.
— Серж, — Кристина вдруг посмотрела на меня с подозрением. — А что ты вообще сделал?
— В смысле?
— Почему комплекс перестал пытаться тебя выгнать, напасть и уничтожить?
Я посмотрел на экраны, потом на зелёные лампы.
— Ну… если объяснять совсем грубо, весь этот комплекс — техническое сооружение. Значит, у него есть датчики, системы контроля, наблюдение, проверка доступа и прочие радости. Когда я сюда залез, система увидела постороннего и начала реагировать.
— Я попытаюсь понять, а ты пока продолжай, — кивнула девушка.
— А единственным местом, которое в этой комнате могло следить за моим доступом, были вот эти экраны. Или не сами экраны, а то, что за ними подключено. Я отключил один из штекеров — и комната словно выпала из общей системы контроля. Потом повторил на остальных.
Кристина честно попыталась осмыслить сказанное, но по лицу было видно, что получилось не очень.
— Ничего не поняла, — наконец призналась она. — Но главное, что работает.
— Вот именно. Сам придерживаюсь той же философии.
Барсик лениво зевнул.
— Прекрасная наука. Не понял, но сломал правильно.
— Я починил.
— Конечно, — клацнул зубами питомец.
Я ещё раз посмотрел на экраны. Теперь у нас было укрытие. Не самое безопасное, зато с освещением, закрытой дверью и возможностью выбраться обратно через вентиляцию. А главное — отсюда можно было понять, куда двигаться дальше.