— Не стоит извиняться, сенсей. Это всего лишь знакомство с классом, поэтому, прошу, успокойтесь, — сказал я Ямаде-сенсей, прежде чем повернуться к классу. И если мне раньше казалось, что я спиной ощущаю взгляды, то теперь я осознал, что мне совсем это не казалось. Даже Хоки, которая ранее отвернулась от меня, смотрела на меня с выжиданием. Даже зная как общаться с девушками, я испугался такого внимания. Это как любить лапшу… стоп, не время думать об этом.
— Я Оримура Ичика, приятно познакомиться, — сказал я и поклонился.
Хм, на секунду мне показалось, что стены в классе рассыпались, словно разбитое стекло? А выражение лиц моих одноклассниц едва ли не кричит «скажи больше!». Но ведь это не правильно, вот так сразу все о себе рассказывать. Не буду же я говорить, что люблю выращивать и разукрашивать кактусы. Кстати, я этим не увлекаюсь.
И как я здесь оказался? Я ведь всего лишь искал класс, в котором проходил вступительный экзамен. Потом я заблудился и попал в темную комнату, в которой находился неактивный НД. Тогда я из-за мимолетного интереса решил прикоснуться к нему, и совсем не ожидал, что у меня получиться активировать его. Потом было… лучше об этом не вспоминать.
Так, надо вернуться в реальность. Впереди меня 28 девушек, позади меня — Ямада-сенсей, которая, похоже, скоро заплачет. И девушки все смотрят на меня взглядом, говорящим «расскажи еще что-нибудь!». Взглянув на Хоки, в поисках поддержки, я увидел, что она больше не смотрит на меня. Как-то это прохладно, а как же счастливое воссоединение с другом детства?
— Это все, — вздохнув, сказал я. Мне показалось, что позади себя я услышал плач, а несколько девушек упали лицом на парту.
БАМ!
Меня кто-то ударил по голове. Этот способ удара — с четко рассчитанной силой, нанесенный под идеальным углом и с идеальной скоростью — был очень похож на удары кое-кого, с кем я был очень близко знаком.
Не знакомый с внутренними диалогами Оримуры Ичики, прямой причины его текущего положения, Гарри сидел в конце класса и вспоминал, как он оказался в таком положении. А ведь все так хорошо начиналось. Он смог настроить Тау-генератор Незнакомки, с которой работал. Хотя, настроить — это мягко сказано. По своим возможностям Тау-генератор уже давно обогнал наномашины системы «Ложная Вода», и это не учитывая того задела, который заложил Гарри перед тем, как его сорвали на Мондо Гроссо. Был скомпилирован алгоритм замораживания воды, оставалось его только оптимизировать. Да даже имитация его собственной системы Кустос была частично заложена в генератор, но соревнования показались его начальству важнее.
Нет, Гарри это было интересно, все-таки хоть какое-то разнообразие после Лисиц и Куницы. Эти НД хоть и были хорошими машинами, но были, в основном, машинами ближнего боя, даже не смотря на пулемет, встроенный в копье. И на этом фоне Возрожденный Рафаль, американский Коготь Сотрясателя или английский Ланселот смотрелись более привлекательно. Особенно Рафаль и Сотрясатель.
Прибыв в Мондо Гроссо, но для вида поковырялся в настройках НД, и на следующий день вылетел на арену на своем Чародее, или Кастере, как его представляли непосвященные. При первом его появлении по арене прокатились смешки, когда на табло отобразилась емкость его щита, но они быстро смолкли, едва был дан старт. Командные соревнования проводились по правилам «Захват Флага» на заметно большей арене, чем для одиночных соревнований. И как только был дан старт, Гарри одновременным залпом разрядил в НД противника, которым оказался японский Стальной Дух, все лазерные орудия Горизонта Событий. И пока те выдерживали условное время перезарядки, команда, состоявшая теперь из двух Полярных Лисиц и двух Куниц, ужа активно занялась своими соперницами, стараясь не подпускать их к нему. Так как командование не советовало сразу светить главный калибр, да и это было разумно, Гарри просто отстреливал Стальные Духи с безопасного расстояния, что было не трудно, учитывая, что за все время поединков с девушками он успел выучить их манеру боя. Ругань, конечно, в их командном эфире стояла еще та, так как Гарри иногда стрелял им под руки, не найдя лучшей позиции.
С французским Рафалем бой был тяжелый. По маневренности он ничем не уступал своим собратьям из России, а за счет более широкого выбора вооружения превосходил их по эффективности, особенно учитывая сработанность команды. И противник, сумевший подсчитать время перезарядки лазеров по прошлым боям, просто не давал Гарри времени на подготовку залпа, заставляя его маневрировать и отстреливаться. Переход Чародея в ближний бой с одновременным использованием копья и дронов оказался для Рафалей фатальным, так как Чародей имел гораздо лучшие летные характеристики и за счет этого мог очень быстро приближаться к цели, при этом постреливая по противницам своих партнеров по команде. Но после двух боев вся конспирация полетела в бездну. И если в первом бое Гарри был сам виноват, так как увлекся, то во втором уже внешние силы решили вмешаться.