— А все-таки, сколько тебе лет?
— Шестнадцать. — Спокойно проговорил я, — просто я слишком долго жил с взрослыми и перенял их манеру держать себя в некоторых рамках.
— Значит, не расскажешь?
— Ты хочешь откровенности, но сама не собираешься открываться. Плохой обмен. Неравноценный. — Насмешливо проговорил я. — впрочем, ты и сама далеко не восемнадцатилетняя девочка, какой кажешься на первый взгляд. Твои глаза тебя выдают, все-таки тебе нужно перестать смотреть на окружающих так, словно ты все это уже видела и просто ожидаешь какого-нибудь неожиданного поворота.
— Ну, всё немного не так. — Зевнув, проговорила Настя, — пусть это покажется и излишне откровенно, но для меня все окружающее уже давно потеряло свои краски. Да, мне нравится наблюдать, но я наблюдаю лишь за эмоциями людей, особенно за детьми, они такие, даже не знаю.
— Дети искренние и непосредственные, ты это хотела сказать, — задумчиво проговорил я, — да, у детей этого не отнять. Взрослые другие, лицемерны, фальшивы, впрочем, кому я это говорю.
— Да… Всё я сплю.
Вот и поговорили… Впрочем, на несколько вопросов друг другу мы все же ответили, пусть это и были довольно простые вопросы, пусть и на сложные ответы.
Утро началось с того что я лишённый возможности выполнить пробежку попросту разминался и занимался растяжкой, а так же парой силовых упражнений, в частности жимом лёжа и подтягиванием на удобной ветке дерева и это с полной нагрузкой включая комбинезон, разгрузку и рюкзак за спиной. Ничего, выдержал, только после этого мышцы некоторое время болели, а после стали невыносимо чесаться, страшный подкожный зуд.
— Ты совсем не умеешь расслабляться?
— Место к этому не располагает или предлагаешь себя? — отозвался я.
После чего Анастасия зевнула и потянулась, а в это время успела сформировать технику что угодила в дерево за моей спиной, а после чего то просто осыпалось на землю черным пеплом… Оценив это я только улыбнулся и поднял руки вверх.
— Урок мы вчера не окончили, так что разрушить дерево можно десятком способов вложив в это крохи энергии, как я тебе уже и продемонстрировала. — Спокойно проговорил мой учитель, — данная техника относится к стихии огня, принцип прост, формирование техники проходит внутри объекта.
— Я уже разобрался, — спокойно проговорил я, — только вот, чтобы сформировать технику в теле человека будет сложно. Энергия должна преодолеть защиту, а после и энергетику.
— Данная техника не подходит для атаки по высокоэнергетическим объектам, — улыбнулась Настя, — однако с её помощью можно что-нибудь уронить на противника. К примеру, однажды я дралась с гроссмейстером, бой проходил в недостроенном девятиэтажном доме, энергии было мало, поэтому мне пришлось разрушить несущие стены, а самой выпрыгивать в окно. Гроссмейстер умер, не сумев выдержать защитой давление многотонной бетонной конструкции.
— Подобное были и на моей практике, только я дрался с мастером, итог тот же, но я пользовался техникой на основе земли и просто снёс несущие стены.
— Значит, ты оценишь данную технику по достоинству. Ты же её уже запомнил?
Было бы что там запоминать, способ формирования прост, энергии тратится совсем мало… Однако все же согласно кивнул. Зачем играть в загадки, Анастасия и так прекрасно знает, на что я способен.
— Когда остановимся на ночёвку, покажешь мне техники энергетического распределения и концентрации. Возможно, что тебя придётся переучивать, так как твои показатели энергетики постоянно растут.
— Хорошо.
— Тогда давай завтракать, и поехали дальше. Сегодня будем вести попеременно. Саша, вылезай, я знаю, что тебе там тепло и уютно, не нужно притворяться спящей.
— А твои отношения с учеником довольно тёплые, — открыв дверь, проговорила женщина с насмешливой улыбкой, — раньше ты за подобные намёки сразу била в челюсть и тебе было плевать кто перед тобой, ученик или «гроссмейстер».
— Это было так давно, что стало ложью. — Скучающе проговорила Настя, — Вей, если не будешь вести себя в рамках, все тренировки будут проходить только в виде спарринга.
— Знаешь, Призрак, — задумчиво проговорил я, открыв свой рюкзак, — ты красива, поэтому не обижайся, когда я вот так тебя дразню. Это один из способов расслабится, без каких либо скрытых или явных мотивов.
— Если у тебя это войдёт в привычку, я буду воспринимать это как должное, а после подобные шутки превратятся во что-то большее… прикосновения, а дальше, поцелуи, лёгкие ласки. Словно я ничего из этого не проходила.
— Знаешь, Призрак, я уж и забыла когда видела тебя в обществе мужчины, да и никто из стариков этого не вспомнит. Темнишь ты сильно. — Проговорила исследовательница, выйдя к разожжённому костру.