В отличии от самого моста, его подножие просматривалось не так хорошо. Скрытые в густой тени (с каждым шагом под ним словно бы вечерело) массивные опоры толщиной метра в три удерживали циклопических размеров сооружение, построенное в те, с каждым годом отдаляющиеся от нас времена, когда вся мощь человеческого разума была сосредоточена не на решении, конечно, столь важных вопросов, как например, кто все-таки круче: «Мерседес» или «BMW»? или, скажем, женщины избегают меня потому что я а) инцел, а не нормис и мне физически не суждено встретить ту самую, б) что-то не так с моей натальной картой и позицией звезд (ну, знаете, Марс там в позе оцелота) или все-таки в) стоит взять себя в руки и попробовать починить свою квадратную харю диетой?, а направлялась на созидание и преобразованье материи. И пусть с момента, как он вступил в противоборство с аксиомой о времени, что перетирает камни, прошло более сорока лет, гигант из стали, кирпича и бетона все еще являл собой оттиск советского инженерного гения, строившего спутники и поворачивающего воды, хоть некоторые детали уже и скрипели на сильном ветру.
Весь этот осмотр Кайф совершал по мере приближения к опорам, под которыми, на удивление, не оказалось никого и ничего. Лишь наверху, где-то на перекрестке железнодорожных и колесных линий, потрескивали электрические аномалии, на которые детектор не возбудился.
Сразу за мостом показалась развилка. Шедшие до того в напряжении сталкеры ободрились. Крым достал сигарету. Едва увидев ее, Чих потянулся к нему, ухватил такую же, зажег ее о сигарету Крыма и начал было курить, но тут неожиданный порыв ветра затушил их обе.
–– Да ё-маё!.. –– Воскликнул он и тут же налетел на Форсажа. –– Э-эй, чего встали?
Впереди, наклонив головы стояли слепые псы. Их было четверо. Немного правее и дальше, за стволом высокого тополя лежала седая псевдособака. Еще пять или шесть собак ютились возле серой «Газели» с трещиной на одной из потухших фар. Все они стояли слева, на той самой развилке, по которой сталкеры намеревались идти. Справа, с тропинки, что вела в леса спешной трусцой перебежал еще одна псевдособака. Из-за следующего тополя стали подходить еще слепые псы.
–– Может они, как те... –– Начал было Чих, но тут же понял, что предположение его не выгорит. Словно поняв его мысль, седая псевдособак скривила морду в ехидном оскале. Остальные псевдопсы были рыжи, черны и тоже лохматы. Обернувшись на Крыма, Кайф заметил, что тот нервно сжал в пальцах папиросу. Легкий ветерок подхватил высыпавшийся из нее табак и понес его назад к мосту. Литра и Форсаж стояли оба бледные и каждый из них внимательно смотрел на собак. Чих стоял, подняв к губам согнутые в локтях руки. Возможно из-за погоды Кайфу показалось, что его бинты стали сереть. «Патронов один магазин, у Литры... У Литры сколько? Рожок, два?.. У Крыма... Блядь, он пусто!..». Вдруг, очень медленно Форсаж опустил взгляд, отведя его от серой собаки и также медленно развернулся в сторону леса. Не рискуя поворачивать даже шею, Кайф одним взглядом посмотрел на Крыма, инстинктивно сжав пальцы, показавшиеся ему в этот момент перевязанными. Крым, понимая в происходящем ровно столько же, также опустил взгляд и развернулся. Бледный Литра, вздрогнув скулами, сделал тоже самое, затем развернулся Чих, причем последний сделал это с большей уверенностью, чем все остальные. Глядя на все это, Кайф точно также опустил взгляд и крайне медленно развернулся, и пошел в лес, пытаясь понять, что же случилось. Полыхавшая голова подбросила ему идею, что собаки, вроде бы, чуют страх и, наверно, Форсаж, решил обойти их. Первые шаги дались неуверенно, однако спустя пару метров он приободрился и даже сглотнул. Крым шел чуть правее и тоже, вроде бы, уверенно. Точно также и Чих с Литрой, показались ему, идут не теряясь. Может знают что-то? Да и все получится. Вон, уже получилось. Наверное, Кайф бы опешил, если б узнал, что Крым, столь уверенно шедший с ним в одну ногу, рассуждал точно также. «Блядь, ну не может же Форсаж идти просто так! Может... Фокус?». Тут же в его голове всплыло еще то, что вот уже второй раз за два дня случай затушил ему сигарету. «Это мне сигналы посылает» –– Лихорадочно кивнул сам себе атеист Крым, мозг которого даже не потрудился облечь посылавшего в конкретную форму. –– «Господи, как только выберемся – бросаю курить!..». Чих, несмотря на ранение, шагал бодрее всех. О Форсаже он думал следующее: «Нет, ну идем мы не с бухты-барахты. Обход!.. Интересно, а сколько еще идти?..». Литра, хоть и бледный, тоже положился на Форсажа. Он ни о чем не думал и был просто уверен в том, что все получится из природного оптимизма. С каждым шагом мысли, подобные описанным выше крепли в головах шедших и, параллельно этому росла их уверенность в правильности действий Форсажа. Собаки их не преследовали (во всяком случае их было неслышно), сейчас только пройдут они еще пару шагов и по дуге, по дугеженьке... Не поведет же Форсаж их в лес.