Давно уже отгремели те перестрелки. Их бравый шум смешался с шелестом мелкой листвы давно бесплодных акаций, мокнущих под дождем и иногда отряхивающихся по воле ветра. Те из погибших, кто в пылу боя пал среди клумб через какое-то время, лишенный мяса, одежды и обмундирования, втянулся в землю, медленно погрузившись в нее торчащими ребрами. Черепа их, некоторые – пробитые, смиренно покоятся между корней. Погибшим же на асфальте повезло меньше. После Выброса 2011-ого года в Лиманск пережил еще несколько битв и их останки, давно уже сделавшиеся одними костями, в горячке сражений «Монолита» с наемниками были просто растоптаны.
В самом конце этой площади, воздев непропорционально длинные руки, словно ему тяжело их держать, стоит корявый раскидистый дуб. Весной и летом ствол и ветки его покрывает короткий мох, зимой – пушистые рукава снега, ну а в погожую ночь поздней осени на сухом дереве, часть ветвей которого у основания и середины посредством вихрей и Выбросов избавилась от коры, немного поблескивает лунный свет. Напротив дуба, в другом конце улицы, отделенный площадью с магазинами и пешками с песком, стоит двухэтажный дом с двумя боковыми – оба заколочены – и одним центральным, свободным входом. Как и его соседи, дом этот покинут. Время и ветер, их подручные – грязь и снег, обтесали его, словно наждачной бумагой и лишь наметанный глаз способен заметить пулевые отверстия – отметины давно минувшей попытки группы Рыжего закрепиться в этом чудесном городе. Среди прочего еще сохранился балкон, который, на наш взгляд, мог бы служить неплохой пулеметной точкой. Впрочем, откуда нам знать?
Вереницы кварталов убегают на север. Если миновать скопление аномалий за площадью и пойти их тропой, то можно увидеть, что большинство окон на первых этажах разбиты мутантами, давно поселившимися в темных подвалах и подполах. Одному из таких сталкерская молва активно приписывает наличие якобы машины времени. Говорят также, что будто бы здесь, в Лиманске, Арсенов снимал некоторые дубли для «Гость из будущего», однако все это слухи, причем стоит заметить, что слухи недостоверные. Как правило, они имеют столь мало обоснования под собой, что связь их с действительностью еще меньше, чем, скажем, так, какую пятерка, обведенная на бумаге и закрашенная карандашом, имеет со своей прародительницей. Помимо прочего, подобным и отличается настоящий город от вымышленного – наличием о нем разного рода легенд. Справа же от кварталов, сразу за площадью в черном заборе притаилась дыра, в которую волен протиснуться всякий. Пройдем же и мы. Каменный порог дома встречает нас. Высокий, он тянется к покошенному наличнику, под которым, левее видны заржавевшие петли. Несколько комнат – кухня, прихожая. В следующей, сквозной комнате, рядом с выходом к мосту и некрупному парку стоит невысокий квадратный стол, накрытый толстой клеенкой. Рядом – окно, давно пустое. На косяке, у перекрестья стоит высокая свеча. На первый взгляд это неприметное место, однако оно весьма примечательно, ибо именно в этом углу сделано то легендарное фото, пожалуй, знакомое всякому одиночке: горящая свеча, за окном ночь, вжавшийся в угол у окна «монолитовец» в противогазе. Да, все так, оно сделано здесь. «Монолитовцы» вообще любят красиво фотографироваться. Собственно, как и все люди. Но еще не время говорить о них, а потому продолжим наше повествование.