Чуть дальше центра последней деревни два джипа остановились у косого домишки, за забором которого виднелась плакучая ива. Одетая в куртку гармошкой, Ольга уже стояла возле заезда (Богдан ей позвонил), до этого смешно переставляя по грязи ноги уточкой. Ее старушка-мать, с внуком на шее, помахала зятю из окна. Они обнялись. Остальные в это время также вылезли. Волчок, Дрозд и Керчь выбралось из машины под громкую музыку.
–– Кто-нибудь, помогите! –– Простонал Керчь, сетуя на хиты. –– Сичень, может быть поменяемся?
–– Э нет, он ваш. –– Произнес Богдан, отстраняя Ольгу.
–– Привет, мальчишки.
Все поздоровались. Даже Волчок, видя приветливое ее лицо произнес на удивление вполне нескорое: «––Привет, Оля».
–– Ну, с богом.
–– Давай.
Он пошел к джипу, она быстро-быстро перекрестила его. Двадцать четыре минуты спустя они уже разбирали свое снаряжение.
Вылет согласовали на обед. Загрузившись в МИ-5, они взлетели, подергивая лямки парашютов больше для куража, нежели из страха. За короткое время вертолет достиг границы зоны, но в этот момент резко изменил курс. Абсолютно бледный, Мэтью рванул в кабину пилота:
–– Какого дьявола здесь происхо?!..
–– Выброс. –– Невозмутимо ответил пилот. –– Или может быть приземлиться хотите мертвыми?
Мэтью сел. В скором времени тоже случилось и с вертолетом. Почти три час прошли в напряженном ожидании.
Узнав о Выбросе псевдо-Кибертон позвонил Валерию Федоровичу, сохраняя спокойствие.
–– Контейнер уже сбросили?
–– Да. Ночью, как и было условлено.
–– Защитой от выброса он ведь оснащен?
–– Обижаешь.
Положив трубку, Френсис спокойно выдохнул и постучал по столу безымянным пальцем.
–– Ха-ра-шо.
На борт поднялись только в четыре. Погода испортилась и от парашютов было принято решение отказаться. «–– Трос всему голова» –– Ободряюще сказал Легавый, подергав его, когда они вновь загружались. В полпятого они облетели второй квадрат и, продолжая идти по приборам, достигли точки высадки у Янтаря (именно этот вертолет имели в виду сталкеры из тоннеля). Заливаемая дождем, группа спустилась по тросу и, чавкнув по грязи, направилась в Рыжий лес под прикрытием непромокаемых плащей. Не промокали они так себе. Лишь когда военные прошли по мосту, прикрывшись от неожиданно поднявшихся в небе сигнальных ракет, и заняли известные нам позиции, сони смогли натянуть над ветками тент. Закончив с этим, разведчики приступили к изучению местности.
–– Наблюдения?
–– Да двадцать одно с перебором. Вся дорога просматривается... –– Ответил Легавый и обернулся на молнию, блеснувшую над лесом. –– Еще грохот этот.
Тоже сказал и Сичень, наблюдавший город в бинокль поверх ПНВ, т.к. ночному виденью мешала ракета.
–– Что думаешь? –– Спросил он, повернув голову к Мэтью.
–– Да-а честно говоря, я думал пробраться под прикрытием ночи, но тут светло, как днем. С другой стороны, они не ожидают... Или ожидают... Повременим.
Весь следующий день они наблюдали. Когда же он солнце стало переплавляться в закат, группа приподнялась и, словно воры, спустилась с холма. Взвесив все "за" и "против", они все же решили проскочить вечером.
–– Идем внимательно. От тени к тени.
Литра проснулся от слабого хрипа, прозвучавшего где-то совсем далеко, почти на границе Агропрома и слуха. Вокруг была темнота, немного изрезанная полутонами гасших углей. Краткий отсвет луны настороженно мерцал на левой стене у самого выхода, рядом с которым слышался шорох, усиленный тишиной сна семи людей.
–– Ша-ар! –– Очень тихо позвал Литра. В ответ не прозвучало ни единого слова, только кто-то повернулся со спины на бок, да ветер заскребся впереди по металлу. Ветер ли? Этот вопрос Литра сперва счел игрой воображения, но затем, мгновение спустя он стал подниматься в нем драматичным инстинктом. Еще не успев привыкнуть к тьме, парень сумел настроить уши и уловил слишком уж больше количество звуков. Вдали, должно быть – возле вагонов, что-то смутно блеснуло, точно бы стеклышко. Сперва Литра подумал, что это очки и это Шар, но тут он увидел еще такие же стекла, затем еще и еще и тут подумал, что слишком уж близко очки Шара к земле. Внезапная догадка пронзила его. Тихо, стараясь совладать с начавшим охватывать его страхом и не издать при этом ни единого звука, сталкер потянулся к АКа, нащупав который он случайно щелкнул предохранителем. Шум прекратился, словно его оборвали и в ставшей невыносимо глухой темноте Литра все больше трясясь потянулся ладонью по цевью к фонарику. Несмотря на тишину и застывшие стекла, блеск которых теперь неотрывно смотрел на него, хотя он и был чернее тени, ему казалось, что он издает слишком много шума и где-то примерно от середины цевья оставшийся путь он проделал одним указательным пальцем. Когда второй его палец стал ползти по курку, Литра спиной почувствовал, как на хребте у незримой твари, которая теперь, он был уверен, наблюдает за ним в ночной темноте, дыбом встают острые волосы. Вспышка осветила раскрытые пасти. Спугнутые, несколько тварей с визгом отскочили к стенам в то время как их вожак – гигантский пес с красной раной на месте правого глаза низко наклонил голову и зарычал. Через секунду вой двух десятков глоток прокатился по стенам. Взвинченные им, сталкеры дернулись от сна, в испуге, полусонные потянувшись к оружию. Литра дал очередь, улетевшую в темноту. Стоя, он чувствовал, как дрожали колени.