–– Нет... Не...
Литра свалился на колени, не успев сделать ни шага. Тупая боль в сердце прошибла его, резко заставив глаза замутиться. Не узнавая собственного голоса, он разревелся. Он даже не плакал скорей, но скрипел, точно объятое пламенем дерево, ветки которого из-за жара переламываются одно за другим. Постепенно с этой болью смешалась боль рук и Литра выл, прижав их к груди, ощущая в запястьях раскаленные угли и при этом вся тянул, тянул руки вперед.
–– Чи-и-их!..
Затем, всосав сопли, пытаясь гневом отогнать смерть, он подполз к нему, думая в тот момент самые невозможные мысли: что это не Чих, что он, должно быть, переоделся, что труп на него не похож даже и что...
Это был Чих. Руки его. Одежда, обувь, лежавшее рядом оружие. Литра подумал, что здесь и умрет. До этого он со злобой метался над телом, надеясь найти хоть одну ниточку, которая могла бы принадлежать не Чиху и, не найдя ее, бессильно застыл. До самого утра его холодные пальцы гладили эту лишенную лица голову и это липкое ощущение крови, застывшей на остатках волос, еще три дня не отпускало его. Если бы этой ночью по близости оказался хоть один мутант, он бы убил его без сопротивления – настолько одиночка оказался сломлен.
К тому моменту, как на его увлажненных веках блеснул первый луч, Литра охрип.
Два часа штык-ножом и саперной лопаткой, найденными в тоннеле у мертвых сталкеров, он рыл могилу в низине на стыке двух сходившихся холмов, расширяя и углубляя их. Лопатой он выбрасывал землю, а штык-ножом поддевал кирпичи. О ранах он не заботился. На них ему было плевать.
Закончив с могилой для Чиха, он долго думал, пытаясь отогнать совесть, как стаю назойливых комаров, но проиграл ей и решил выкопать могилу и для других. «Этим хватит и братской» –– Подумал он и, едва приступив капать ее на стыке холма и ж/д насыпи, уже взмокший, уставший и с каждым движением все более обозляясь, стал громко дышать. В какой-то момент тяжесть у сердца стала невыносима и Литра, запустив руку под рвань дождевика, сжал его. На удивление он что-но нащупал. Чем-то оказался его дневник. Мотнув головой, Литра бросил его на край могилы. Затем он закончил и перенес один за одним тела, не особо считаясь со способами передвижения. Он постарался уложить их в ряд – они не уместились. Тогда он приподнял двоих и положил сверху. Возвышение тел было слишком велико. Перед Литрой встала ужасная картина возможного будущего – с самого начала он невольно догадывался об этом... Нет, он это знал. Он знал, что единственным способом их уложить будет положить некоторых ногами на лица других. И вот теперь, делая это, Литра против воли представлял, что может случиться с этой могилой, когда новый Выброс грянет над зоной. Если глубина окажется недостаточной, находящиеся вверху могут ожить. Он представил себе, как они дергаются, возя ногами по земле и костям. Поднявшись вместе с кровавым заревом, они наверно сожрут мертвых друзей, а дальше... Могила Чиха была совсем рядом. Они разроют ее и...
–– Вс-с-х-х-х! –– Опять со свистом выдохнул одиночка. Словно потерянный, он ушел в тоннель и вернулся оттуда, неся штыри арматуры. С лицом, отражавшим все стадии омерзения, сталкер проткнул трупы насквозь, заранее сделав в них надрезы лопаткой. Затем, обливаясь потом, он загнул штыри так, чтобы зомби не могли, поднявшись, самостоятельно сняться с них. Для верности можно было еще отрубить головы, но головы отрубить у него уже не хватило никаких сил. Вся земля к этому времени стала для него пахнуть кладбищем. Руки тоже. Погребение сталкер решил отложить.
Затем он вернулся и, подняв Чиха, уложил его в глубокую яму, накрыв железным листом, который он укрепил в земле, загнав края под нее. Правую часть он уже приладил, с левой решил закончить после прощания. Могила была почти трехметровой. Сверху над ней он намеревался сделать как минимум метровый накат, чтобы ни одна мразь, включая зону, даже не думала нарушать сон того, кто лежа здесь, без лица смотрел на него с благодарностью.
–– Прощай, Чих. –– Голосом, у которого не было сил дрожать, произнес Литра. –– Прости, если...
В этот момент в глазах сталкера отразилась вспышка, подобная взрыву ядерного снаряда. Нагнувшись, он холодной рукой наклонил Чиху голову и сощурив глаза, провел пальцев по шее. На ней была рана. Рана не от клыка. Не от когтя.
–– Не-ет...
Пораженный вспыхнувшей у него догадкой, Литра выгнулся и подошел ко второй яме. Ему нужен был тот, второй часовой. Как на зло он положил его подо всеми. Растолкав тела, раздвинув ноги, Литра схватил мертвого за подбородок и выволок голову к себе. Под заляпанной землей щекой обнаружилась точно такая же рана. «Нож» –– Подумал он. –– «Нож». Тут только Литра вспомнил о Шаре. Точно начав гореть с головы, он не церемонясь обшарил всех мертвецов. Без лица или с ним, Шара здесь не было. Под все нарастающий в ушах гул роящихся ос, Литра вернулся в тоннель, лихорадочно надеясь, что упустил его, что его труп затерялся где-нибудь у вагонов и что это он раззява. Три фонаря – один в зубах – не помогли отыскать его. Шара не было здесь, как не было его и в могиле. Трясясь, Литра выскочил из тоннеля. Застыв, он окинул округу таким взглядом, который, окажись УНСО-вец здесь, могли бы выстрелить.