Крым вышел вперед, обернувшись к Кайфу.
–– Пошли, калека.
–– Иду, калека.
Наливайко смерил их, становившихся возле шкафа и, обращаясь к остальным, сказал:
–– Вот, бойцы, берите пример с Крюка и Кутузова! Самый целый из вас троих, получается, шкаф? –– Улыбнувшись вполне беззлобно, он протянул руку с верёвками. –– Верёвки вам дать?
Услышав подобное предложение, Кайф подумал о том, что шизофрения множится и уже хотел было спросить, зачем им на хер веревки, когда Крым ткнул его в бок.
–– Да!.. Бери давай.
Кайф удивленно посмотрел на него, пока Наливайко накинул ему на руку одну из веревок. «Да что с тобой-то не так?». Осматривая шкаф, они оба за него заглянули, и Тимур тихо спросил:
–– На кой они нам нужны?
Крым посмотрел на него, как на дебила. Поскольку с недавних пор глаз у него был один, дебил отразился в нём в два раза гуще.
–– Ты, блядь, с луны?
Между тем долговец подошел к плитам и накинул на них по виселице.
–– Здесь у нас две плиты, микроволновка, шкафчик с посудой... Вот эта херь вся в жиру, осторожнее.
–– Ба-ля-а-а!
Конечно, предупреждение пришло с опоздание – взявшийся за медный таз одиночка вымазался по всё плечо.
–– Так, ну, в принципе... Ты куда, блядь, хватаешь?! Положи! Хочешь потом позвонками срать?!.. Так, ну вот теперь всё. Расходитесь.
Присев, Кайф взялся за шкаф снизу, Крым – сверху, и они понесли, попутно выстраивая планы того, как и через сколько будут меняться, которые, как известно, в подобных случаях не сбываются никогда. Омут, бодро шагавший одним из первых, тащил сумку и стол; Счётчик нёс тоже самое, но, видя неполноту, надрывался за них обоих; Диван, Ёж, Гугл, Тихий плелись позади: походкой крабиков они несли плиты о четырёх комфорках, просунув под них веревки.
–– А-а-а, так вот зачем?
–– Ага.
–– А... А нам-то на фига, шкаф у нас лёгкий?
–– Это пока он лёгкий. К тому же так можно в проемы заносить. И полный шкаф двигать удобно.
–– А где ты собрался его, полный, передвигать?
Крым посмотрел на Кайфа немного потеряно.
–– А-а-а!.. –– С победными нотками произнес тот. –– Так вы тоже с луны.
–– И-и на хуй!
У раскрытых настежь ворот сбиралось пёстрое общество. Назначенные в охранение поводили смотревшими на чащу стволами; первые бурлаки, гружённые стулья и сумки стояли поодаль, поставив второе на перовое; два долговца выходили из вагончика боком, протискиваясь мимо третьего, шнурующего сапоги и легко покачивавшегося от нависавшего со спины ствола карабина. Сзади подошло двое свободовцев. Тот, что слева рассказывал о том, как минуту назад принял корень за ёжика удивился, т.к. за последние пару лет, что он был в зоне (а в зоне он был последние пару лет), ёжиков он не видел, а тут – на тебе, ёжик, а потом оказалось, что это не он. Форсаж и Литра, стоявшие справа, были похожи на терминаторов: на каждом было по помповой ленте к висевшим на поясе двуствольным обрезам, из всех карманов топорщились магазины, причем иногда по два из одного. Не отходя от ворот, Литра по очереди кричал трём торговцам, собиравшим последние вещи, что предыдущий предложил подствольник дешевле на столько то, а тот – на столько то, а третий обещал ещё гранатой снабдить и т.д. – короче, пользовался отсутствием монополии. Кайф же, как и остальные, остановился. Опуская шкаф, он почувствовал, что делать это одной из рук неудобно, удивился этом и посмотрел на нее. «Ах да-а...». Взяв веревку в травмированную руку, он стал перегонять ее туда-сюда. Когда она слегка проседала между безымянным и большим было непривычно.
Минут за тридцать собрался весь лагерь, включая одиночек, мебель, припасы и медицину, ехавшую на тачке. Воронин, Лукаш и их охранники вышли последними, в сопровождении Лесника. В том, как он, склонив голову на бок, замыкал дверь на замок, было что-то трогательное. Мозговой центр миграции прошел к воротам, кивнув приветственно торговому трио, уже обвешенному сумками, содержавшими электронику. Увидев их, все подтянулись, подняли вещи, напрягли мускулы – в общем сделали все для того, чтобы Глинтвейн, подмигнув Лукашу, спросил у того:
–– А мы чё, даже не посидим на дорожку?
–– Хохмишь, молодо-зелено. –– Улыбаясь, сказал Лесник, на что Глинтвейн не обиделся – он ведь и правда был весь в зеленом.
–– Ну!.. Выдвигаемся. Привал у моста. –– Скомандовал Воронин и река людей забурлила между деревьями. Кайф с Крымом подняли шкаф, и они тоже пошли. Немного погодя, когда вся процессия уже скрылась из виду, забыв при этом закрыть ворота, в них прошел некто в сером плаще. В сравнении с остальными, вещей при нём было до странного мало. Вслушиваясь в шум удалявшихся шорохов и голосов, он медленно пошел за ними, держась теней. Еще чуть позже, когда уже и он растворился в лесу, к воротам подошли двое.