Теряясь в деревьях и низинах холмов, река вилась дальше, мерцая аномалиями иногда даже в воде, чтобы затем появиться слева, под уже упомянутым мостом через неё, светившимся аномалиями на фоне звезды, приближавшейся к самому началу закату и подобному берегу далекой во времени беззаконной страны, на который к великому счастью старателя течение бросило россыпь золотых самородков. Глядя на всё это, в пору было остановиться и подумать о вечном, однако думать надо было, в первую очередь, о насущных вещах.
Взойдя на холм, примыкавший к мосту, стакеры остановились и вновь обратились к карте просканированных аномалий. Судя по ней, лес справа и далее, за поляной, был чист. На карте местности, внутри леса ничего не было.
–– Так, стоп. –– Задумчиво смотря на карту, сказал Воронин. –– Петренко!
–– Да-а?
–– А где деревни, которые должны быть в лесу? Ты сам мне показывал.
–– А-а?
Петренко подошёл и с не меньшим удивлением посмотрел на карту.
–– Хм-м-м... А-а, стоп!
Хлопнув себя по карману, он вынул другую, старую карту, скатавшуюся и жёлтую, больше похожую на половую тряпку. Красные линии на ней напоминали порезы. Развернув её, он долго всматривался в едва заметные квадратушки.
–– Так, ну-у... Вот домик... То есть деревня. –– Не отрывая взгляда от карты, он ткнул пальцем в лес, причём в ту его часть, которая смотрела на сталкеров самыми густыми бровями. –– Вот нам ещё должен быть. Там ещё. Плюс за ними...
Воронин на всякий случай попросил ещё карт. Принесли семь, как долговских, так и свободовских. Ни на одной из них, кроме той, что была у Петренко, никаких домиков не было. Немедленно возник немой вопрос, однако полковник на него ответил.
–– Вы карты-то свои переверните.
Карты перевернули. Внизу, в уголке, обнаружились годы выпуска. Самая старая оказалась восемьдесят девятого года.
–– А эта – тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года.
Петренко перевернул свою и показал всем собравшимся затёртую надпись. «19...7».
–– Тысяча... девятьсот... хер пойми какой... седьмой год... Ясно. –– Прочитал, сощурившись, генерал Воронин. –– Так даже лучше. Дольше будут искать.
–– Дай бог, чтобы вообще не вспомнили.
–– Дай-то бог. А пока...
Воронин осмотрел холм. Холм был большой и голый, на нём не было ничего, кроме камушка. Камушек был размером примерно с прижавший под Ростовом Гая Юлия Цезаря (по версии «Мельницы»). Посмотрев на Лукаша, Воронин сказал:
–– Холм надо укрепить.
–– Согласен. Лучше для блокпоста места и не придумаешь. Окопаем его. Что скажешь?
–– Дело. Землю – в мешки, мешки поверх, как на подходе к бару.
Услышав про Бар, один долговец вздохнул. С другой стороны, возможно он вздохнул от перспективы окапывать холм.
–– Лес на укрепления рубить будем тут же. –– Лукаш указал на тонкую лесополосу справа, чуть ниже холма.
–– Ни хера мы тут рубить не будем. –– Произнёс Крым, возникнув над плечом Кайфа.
–– Чё так?
Вместо ответа Крым протянул над плечом счётчик Гейгера.
–– Блядь...
Все повернулись к казавшимся вполне безобидным деревьям.
–– Это ж не саркофаг...
–– Ладно, по лесу отмена. Кремень!
–– Да?
–– Проверь дальше лес. А то может нам и не понадобится карта полковника.
Кремень спустился с холма и прошёл поляну. Дойдя до леса, он обошёл его по периметру и даже углубился, скрывшись из виду секунд на десять.
–– Ну как?
–– Как у Христа за пазухой. –– Ответил он, протягивая счётчик. –– Даже странно.
–– Может у тебя он барахлит?
Но вместо Крыма ответил Кремень.
–– Не-а. Я ж и там проходил, когда возвращался. Я тупо рядом шёл, он уже подскакивал.
–– Ясно. Тогда направо – ни ногой.
Информацию об этом немедленно скинули.
–– Так, пока ещё только четыре, надо пройтись хотя бы до ближайшей деревеньки, посмотреть, чё да как. Если там не руины в полтора кирпича – то заселяемся.
–– Хорошо. Тогда давай все наши этим займутся и, если найдут что-нибудь подходящее – позовут несунов. А сталкеры пока пусть мост осмотрят.
–– Давай так.
Разделив так отряд, Воронин и Лукаш, уселись на стулья и вместе с торговцами стали обсуждать, что можно сделать по обеспечению намечавшего появиться на свет поселения. Кайф же, забросив внутрь шкафа веревку, пошёл вместе с Крымом и остальными осматривать мост. Даже попросту стоя в отдалении от него, на холме, у многих мигали экраны детекторов. Окрылённый, Форсаж тут же приобрёл у Сидоровича «Велес» в счёт будущей добычи, однако на мосту сталкеров ждало разочарование.
Нет, артефакты-то там действительно были. Вот только родители их были не настроены отпускать их гулять. Аномалий было неестественно много. В некоторых местах складывалось ощущение, что «Электры» буквально взбирались «Мясорубкам» на плечи. Одиночки, естественно, народ не пугливый, но когда одного из них рвануло к «Карусели» ни с того ни с сего, а вытащить смогли его только всемером, вскладчину, всем стало понятно, что осторожность должна быть запредельная.