Повисшую было над болотцем тишину сменило до дюжины громких выстрелов, укутавших стрелявших негустым дымом. Когда легкий ветер отнес его в сторону, сталкерам представилась следующая картина. Тот самый кабанчик, что повернулся, теперь лежал на боку, уткнувшись в грязь рылом. Он умер, не успев даже понять, что за хрю тут твориться: нижнюю челюсть ему просто порвало и раскуроченный пяточек пускал в грязь пузыри по старой памяти. Остальные мутанты немедленно подскочили.
–– Ебаный рот! Вы че, все в одного целились?!
Однако этот выкрик оказался излишним – остальные мутанты поспешили сбежать под защиту деревьев. Тут Кайфу вдруг вспомнился случай из жизни, когда сосед дядя Слава переполошил другого соседа своими подсчетами, из которых выходило, что у уже шедшего на работу Степаныча еще оставался один день отпуска и как потом они вдвоем дни считали и бегали по улице, пока, наконец, тетя Марина не оборвала радость календарем. Услышанную тогда от Степаныча фразу он повторил теперь, обратившись к Форсажу.
–– Форсаж, ну ты паникер! Таких в сорок первом расстреливали!
Форсаж заржал, убрав на плечо «Ксюху».
–– И-и на хер!
Подойдя к еще перебиравшему лапами кабану, Форсаж вынул нож.
–– Ну что, кто хочет полезть в «Газировку»?
–– Давай я. –– Сказал Крым.
–– Отлично! Ты ж помнишь, что нельзя...
–– Паром не дышать, бороду не совать. Знаю!
–– Ну, –– под хруст перерезаемых сухожилий сказал Форсаж. –– Тогда удачи.
«Удача – это миф» –– так пафосно мог бы ответить ему Крым, играй тот в свое время в "Assassin`s Creed: Rogue", однако до ее анонса оставалось еще почти семь месяцев. Да и к тому же высокопарных фраз Крым не любил.
Сделав пару шагов сталкер остановился. Последовавшие его примеру друзья замерли позади. Отсюда Кайфу стали видны остававшиеся до сих пор незаметными полупрозрачные облака испарений, витавшие надо льдом, вмерзшим в края канавы и словно страдавшие тяжелым дыханием. Казалось, что всюду выдыхают астматики, вот-вот готовые разразиться приступом кашля. Крым обернулся и посмотрел на товарищей.
–– Вы это что, еще и пальцы за меня загибать будете?
Форсаж в извинении развел руками, сталкеры отступили на один шаг. Крым было вздохнул, потом раздумал. Повертел головой и основательно выдохнул. Закинув СКС за плечо, он поднял ворот и, дыша в дождевик, пошел вперед, ступая так, чтобы не мочить берцы. Участок возле одного из дымков он миновал зажмурившись и приподняв воротник еще выше. Спустя секунду он встал рядом с кустом и вытянул руку по направлению зеленой дуги на пискнувшем мониторе. В воде что-то хлюпнуло и писк повторился. Он стал нарастать; через мгновение хлюпанье стало отчетливей. «Газировка» дышала с обеих сторон, за спиной что-то неярко вспыхнуло и вслед за этим донесся звук истребляемых секций пузырчатой пленки. В согретом носу пахло полиэтиленом. Еще секунда и новая вспышка, но уже под ногами и фисташкового оттенка озарила взгляд ожидавшего сталкера – «Кровь камня», артефакт, напоминающий несколько комьев спрессованной и пережеванной бумаги цвета крови и хлора материализовалась из ничего.
Схватив артефакт, Крым проверил детектор. Тот ничего больше не находил. Удовлетворившись этим, сталкер аккуратно вернулся обратно, но как ни не был он осторожен, второй раз невредимым миновать облако пара ему не удалось. Поскользнувшись уже у самого выхода, он подался прямо, затем на рефлексах рванулся назад и, оплавив полу дождевика и опалив самый кончик бородки, буквально свалился в объятья Литры.
–– Да твою мать!
–– Давай блядь, убейся еще, мы же миллиардеры! –– Буквально в ухо ему закричал подбежавший Форсаж, выразившийся настолько косоязычно не потому, что он вдруг разозлился из-за чего-то на Крыма, но потому, что испугался о нем. –– Ты как, живой?!
–– Да нормально! –– Сказал тот, выпутавшись из объятий Литры и пряча артефакт к остальным в сумку. Пощупав бороду, он произнес. –– Вроде жить буду. Че там с бородой, сильно покоцало?
–– Придется брить. –– Улыбнулся Кайф, успевший к этому времени облегченно выдохнуть.
–– Не-не-не, не дождетесь! Че, теперь до долины пойдем?
–– Нас там уже опередили. –– Ответил Литра, протянув КПК Крыму. В левом нижнем углу светилось СМС пятиминутной давности. Некто Вьюнок, ближе с которым читатель сумеет познакомиться уже совсем скоро, сообщал всем заинтересованным в новостях одиночкам, что буквально десять минут назад он не поленился поддаться, как сказал бы Гофман (не тот Гофман, который писатель и даже не тот Гофман, который хороший сапожник, а тот Гофман, который азербайджанец и дверь) наитию выйти из «100-а рентген» чисто пробздеться, размять суставы. Покинув заставу «Долга» на «Свалке», он неспешно прогуливался, смотря на снежинки, собак и кучи мусора, добравшись в таком темпе до тропинки в «Долину». Ниже Вьюнок сообщал, что и без него всем известно, с какой стороны там стоит огненный холм. И вот возле последнего-то он абсолютно неожиданно для себя услышал писк, донесшийся вдруг из кармана штанов. Далее сталкер достал детектор. Еще дальше шла фотография «Маминых бус», а ниже наперебой всплывали комметны, в той или иной форме рукоплескавшие сталкеру и называвшие его везучим сукиным сыном.