Литра стоял ни жив, ни мертв, с горящими щеками и липкой шеей. Как говорят в таких случаях, смерть отпустила его посрать.
–– Литра, ты там жив?! Блядь, ёпта, красава! Выбирайся оттуда на хуй!
Поднявший артефакт Кайф крикнул ему:
–– Страйк!
Расслышав слова друзей, но не до конца вникнув в них, сталкер задумчиво произнес, глядя на хлопнувшую аномалию:
–– Кесарю – кесарево.
По прошествии пары минут, Литра стоял уже наверху.
–– Я... Ну... Чисто молчаливый Боб. Нет слов. –– Запинаясь проговорил Форсаж, обнимая и осматривая Литру. Отстранив его от себя, он с сияющими глазами еще раз оглядел товарища сверху донизу и добавил, не сдерживая эмоций. –– Пф-ф-ф... Блядь, Литра! Ты нахуя хороших людей пугаешь?!
Литра может и хотел что-то сказать в ответ, но у него, несмотря на струившийся по вискам дождь пересохло в горле, и он только глотал, улыбался и облизывал губы. Позади одиночек шумели осины.
Примостив двустволку обратно на плечо, Литра окончательно успокоился. Он натянул капюшон и спросил:
–– Куда теперь? Мы же не собираемся здесь весь день торчать?
–– Узнаю старого-доброго Литру. –– Кивнул Крым, улыбавшийся одними углами губ, но радовавшийся от этого не меньше прочих.
–– Надо бы еще одно место чекнуть и тогда уже в темную долину махнем... О, дождь стихает.
Дождик и вправду стал затихать.
–– Ты как, отдохнул?
–– Да путем все, я ж из железа. Погнали уже.
–– Ну хорошо.
Повернувшись к каньону правым плечом, сталкеры прошли вдоль провала на север, слева от себя держа лесополосу. Выбравшись к ограждению, группа остановилась у того места в заборе, где железная цепь лежала, оборванная, на земле и стала обдумывать дальнейшие действия. Сталкерам предстояло пропетлять между техникой, фонившей так, что сводило зубы, к «стальным стрекозам» (так поэтично Форсаж назвал вертолеты), возле которых отсюда видны были слабые возмущения воздух. Если их обыскать, то...
В самый разгар обсуждения Крым, сложивший ладони домиком и обводивший наблюдающим взглядом окрестности, вдруг отшатнулся и пхнул в бок Форсажа.
–– Что?
Сталкер открыл рот и глядя на то, как переменилось при этом его лицо, Кайфу показалось, что Крым сделан из воска.
–– Там тень какая-то... К-к, кажись контролер...
Форсаж и Литра синхронно отшагнули назад и посмотрели в самый конец каменного забора. На обнимаемой лесом поляне, в ста двадцати метрах от них, у акации среди черных сучьев сидел раздетый до штанов мужик, которого действительно можно было принять за тень. Он сидел в профиль, навалившись спиной на ствол и не подавал признаков жизни, практически полностью скрываемый ветками. На участке земли перед ним лежала полоска мокрого снега.
–– Так, –– сказал Форсаж, хватая Чиха за ворот, вынуждая того начать пятиться следом. –– ясно-понятно. Все-го хо-ро-шего. Русские иду домой.
–– А может это и не контролер, а? –– Неуверенно предположил Чих, утирая капли с лица и говоря так, как это часто бывает у подростков, только для того, чтобы что-то сказать. –– Может зомби? Причем дохлый уже.
–– Я...
В этот момент мужик медленно встал и привалился к дереву, уперевшись ладонью в ствол и пристально посмотрел на сталкеров, отчего всем сразу стало понятно, что он вовсе не зомби и вовсе не мертв.
–– А-а, а может и контролер... –– Пролепетал Чих, уже обгоняя Форсажа. –– А... А разве стаи у него быть не должно?
Не успел он договорить, как из-за нескольких дальних машин одна за одной высунулись несколько кабаньих морд, начавших очень медленно из-за них выходить. Двигались кабаны вразвалочку, все время хромая, словно бы их вели на поводке. Еще через секунду из-за молоковоза показался «долговец» со спущенными по швам руками, подгибающий правую ногу назад. Судя по его виду, должен он не был уже никому.
–– Тебя кто за язык тянул?
–– Да я...
–– Молчи, накаркаешь!
–– Я тут подумал, может в темную долину сейчас сквозонем?
–– Да, погнали!
И сталкеры начали поспешно отходить к дороге в «Долину». Чтобы не быть зажатыми в аномалиях, рассеянных вдоль этой стороны каньона, они решили пройти наискосок через лес, черневший чуть далее. Эта дорога не нравилась никому.
–– Ох какое очко, ох какое очко! –– Сокрушенно шептал Форсаж, оглядываясь на шедших сзади кабанчиков. Мутанты плелись, сбившись в кучу, наступая в мелкие лужицы и не проявляя обычной резвости. Судя по всему, мозги их были уже порядком разжижены. Лес, полный мрака, чернел впереди. Хвойные лапы бесстрастно кивали.