Она протянула к нему руки, он схватил ее за одну, закружил, горячо прижал к себе, засосал, а потом оттолкнул, выпустив ее руку так резко и неожиданно, что она машинально отбежала в сторону, снесла кого-то, но тут же легко вспрыгнула на другой диван.
— Ну а что твои предки? Они вампиры? — задыхаясь, спросила Беатрис и неловко протопала по мягкому сиденью к початой бутылке вина.
— Мои предки?! Нет! — он почти что в ужасе помотал головой, обходя диван по кругу и на ходу подхватывая бутылку, на которую она нацелилась. — У меня только брат!
Беатрис надула губы в картинной обиде, попыталась цапнуть горлышко, но Деймон со смешком отдернул руку, подмигнул и уселся на подлокотник рядом с ней. А потом, примерно спустя минуту, вдруг услышал ее ровный голос откуда-то снизу:
— И ты хочешь его убить?
Деймон повернулся и опустил взгляд.
Она лежала на спине, уткнувшись макушкой в подлокотник у его ноги. В черных, бархатных глазах не были ни капли ужаса, удивления или отвращения. Она просто смотрела на него и ждала ответ.
— Если его кто-то и убьет, то только я, — он приподнял уголок губ, немного помолчал и продолжил: — А пока…
— И что нам делать пока? — она опередила его, смешливо изогнула губы и скрестила руки на груди. Деймон пробежал взглядом по ее вытянутым ногам в черных рваных джинсах. По плечу, вылезшему в растянутый ворот футболки. По безумной гриве темных волос. Взглянул в лицо, задержавшись на разводах крови в уголках рта, выискивая сходство с другим, действительно очень похожим лицом, которое ему мгновенно подбросила услужливая память.
Он хмыкнул и не глядя протянул Беатрис бутылку, глазами выискивая в зале следующую жертву.
— Плюнуть на все с высокой колокольни, и думать о том, что тебе надо, что ты заслуживаешь и что мир тебе задолжал!
«Hey street boy, what’s your style
Your dead end dreams don’t make you smile
I’ll give ya something to live for
Have ya, grab ya ‘til your sore
Hello daddy, hello mom
I’m your c-c-cherry bomb
Hello world, I’m your wild girl
I’m your c-c-cherry bomb…»
Девушка была совсем молоденькой. Тонкие, но не слишком длинные ноги, как у стрекозы, в черных колготках в сеточку торчали из-под короткой клетчатой юбки. Заправленная мужская майка с широким воротом трепыхалась на маленьком тельце, как флаг, и слазила с мягкой, податливой линии плеч, до которой не дотягивались зачесанные наверх белесые волосы. Никаких дурацких мешающихся шнурков, жгутов или чокеров на шее. Она уже была где-то не здесь и поэтому лишь тихо всхлипнула, когда Деймон, перехватив ее со спины за талию, наклонился к шее, облепленной сзади короткими мокрыми от пота волосками. Прежде чем подступить с другой стороны Беатрис увидела, как из ее зажмуренных глаз полилась горячая черная влага.
Единственное, что оставалось двум потерявшимся, обезумевшим в большом городе вампирам…
На мгновение оторваться от пульсирующей артерии, чтобы найти перемазанный кровью рот напротив. Вцепиться рукой в плечо в черной коже, обхватить шею, запутаться в волосах, отпустить истерзанные губы… Кончики клыков на ее ключице, ладонь на талии, заднице. Позволить ему присосаться к шее, поцеловать за ухом. Сжать волосы на затылке. Почти обжечься. Обнаружить, что размякшая, уже совсем невменяемая, с пьяными глазами, девушка повисла на их сцепленных под ее животом руках и только они удерживают ее от падения.
И одновременно вернуться к теплому горлу, не отпуская друг друга и продолжая шарить свободными руками по всему, до чего можно дотянуться.
Все это до смешного напоминало викторианские оргии, которые любили устраивать Ник и Кол в прошлом веке. Беатрис как-то видела их. Не понравилось. Но сейчас в ее голове словно щелкнул переключатель.
Перед тем как оторваться окончательно она сделала последний крупный глоток, придержала девочку за шею, периферией сознания услышав тихое то ли всхлипывание, то ли чмокание с другое стороны, и с торжеством взглянула в конец зала, на пуст…
Не на пустой стул.
Мгновенно в нее воткнулся прямой ответный взгляд Элайджи, и Беатрис показалось, что она выпала из реальности. Музыка сдулась, как проколотый воздушный шарик, чужая кровь застыла в горле и сковала язык. Она еще растирала пальцами кровавые разводы вокруг рта и на подбородке, но все это было механически и так фальшиво-ненужно, что ей стало тошно от самой себя.
Постойте-ка.
От себя?
Беатрис в новом приступе возмущения вперилась в Элайджу.
Она почти что перепихнулась на его глазах с парнем, которого знала час, а ее отец все это время сидел в своем углу и терпеливо ждал, когда она обратит на него внимание!