— Но я не могу иначе. Ты предлагаешь мне сложить руки или предать корону? Бежать? Что именно ты предлагаешь мне делать в данной ситуации?
— Нет, нет, Джерард… Я всё знаю, и ты прав — нужно продолжать заниматься тем, во что ты веришь. Тем более, когда веришь так горячо, как это делаешь ты. Я тоже верю, что у тебя всё получится, я верю в тебя. Просто…
Она замолчала, и Джерард сосредоточенно стал всматриваться в её погрустневшее лицо.
— Что такое? Шарлотта?
— Через два месяца — я уже всё решила, поэтому не перебивай, — я и мои домашние отправимся в Англию. Я уже всё узнала и решила организационные вопросы. Я соберу всё, что смогу, постараюсь как можно выгоднее продать свои активы и уеду из Франции. Я собираюсь увезти всех, кого удастся, с собой. У меня там вдовая тётка и огромный дом — её будет сложно стеснить… — она отвела глаза, будто извиняясь за свои слова. — Я запросила бронь на тридцать билетов на корабль до Лондона…
— Это… — у мужчины будто пересохло во рту. — Это неожиданно, но… На самом деле, это самое верное решение, которое ты только могла принять, Шарли. И я ни в коем случае не собираюсь отговаривать или осуждать тебя. Просто я не ожидал, что это произойдёт так скоро… Два месяца! Ты считаешь, что революция вот-вот грянет?
— Я не знаю, мой милый Джерард. Это просто женское предчувствие, я решила подстраховаться. И… Я знаю, что предлагать тебе ехать со мной бесполезно, но… Может, ты отправишь с нами Маргарет и Поля? И Фрэнка? Мест хватит. Так будет много безопаснее для них. И, возможно, ты сам успеешь провернуть все свои дела и тоже поедешь с нами… — она говорила тише и тише, опуская взгляд. Она боялась услышать ответ и всё же продолжала надеяться.
— Спасибо, Шарлотта. Я обязательно предупрежу своих об отъезде. Они должны поехать с тобой.
Вот так просто. «Спасибо, Шарлотта» — и ни слова о себе. Конечно, она и не рассчитывала на положительный ответ, но всё равно оказалась не готова к приступу боли внутри груди.
— Так о чём ты хотел узнать у меня? — встрепенувшись, Шарлотта расправила плечи и загнала вдруг вставшие так близко слёзы поглубже.
— О, мне очень нужна информация об одном премилом старикане. Он — один из вдохновителей и автор некоторых революционных идей. Всех этих свобод, равенств и братств, — едко усмехнулся Джерард. — Вряд ли он бывал на твоих балах, но, возможно, у тебя есть хоть какие-то выходы на него?
— Ты говоришь о месье Русто? Он сейчас довольно популярен в народных кругах и часто появляется на различных благотворительных приёмах, несмотря на годы. Он весьма скользкий тип, но люди его любят. Если мне не изменяет память, месье Жаккарду уже за шестьдесят.
— Да, это он. Мне нужно всё, что у тебя есть о нём. И чем грязнее это будет, тем лучше.
Шарлотта чуть нахмурилась, поднялась, задумавшись, и пошла к углу кабинета. Там, за совершенно незаметной стенной панелью была секретная дверца, которую она открыла небольшим ключиком на длинной цепочке со своей шеи. Внутри находились папки. Очень аккуратные структурированные папки с бумагами и досье — иного от педантичной Шарлотты нельзя было ожидать.
Поискав совсем недолго, она достала очень тонкую папку и положила её на стол.
— Посмотри тут. Если что-то и есть на него — оно может быть только здесь. В основном — это обрывки чужих разговоров и слухов, где так или иначе мелькало его имя.
Глаза Джерарда жадно заблестели, он был настолько очарован этим ароматом новой информации, что почти поглаживал ладони друг о друга от предвкушения. Шарлотта уступила ему свой стол и рабочее кресло, и Джерард нетерпеливо и внимательно принялся вчитываться в листы, становясь потерянным для этого мира. Шарлотта мягко улыбнулась и прилегла на софу тут же у окна, предаваясь чтению Гёте.
Неизвестно, сколько прошло времени, но в какой-то момент Джерард вскочил, громко отодвинув собой кресло, и выпалил:
— Шарли, ты знаешь что-либо о борделе мадам Тюффо? Видимо, наш старикан не раз бывал там.
— Мадам Тюффо? — повторила Шарлотта, задумчиво покусывая мизинец с аккуратным ногтем. — Кажется, это на другом берегу Сены… То ещё местечко, если честно. Не слишком чистое, и кадры меняются чересчур часто. Я ни разу не приглашала оттуда ни девочек, ни мальчиков на свои балы. Не то качество.
— Меня не слишком интересует их качество. Меня интересуют рычаги давления на саму мадам.
— О, тут всё просто. У них извечные проблемы с законом, обычно по мелочи, но это всегда довольно неприятно и очень нервирует таких женщин, как мадам Тюффо. Она в годах, насколько я помню. И она настоящая старая крыса, выживавшая в таких ситуациях, что… расколет тебя напополам, как орешек, поверь мне.