- Он недурно встретил меня, - сообщил я. - Можно сказать, с распростертыми объятиями. Кстати, Глория Клюн чувствует себя отлично. Я ее сегодня видел.
- Вот как? - Его лицо просветлело. - Где же вы ее видели?
- Хочу кое-что пояснить, - продолжал я. - Вам больше не придется беспокоиться о том, что студия "Стеллар" может воспользоваться положением о моральной стороне дела.
- Могу больше не беспокоиться? - Это его явно озадачило. - О чем, черт возьми, вы сейчас бормочете?
- О том, что вам не придется снимать новый фильм для студии "Стеллар", объяснил я.
- Ах, потрясающе! - Он закатил глаза к небу. - Значит, теперь вы сами превратились в гениального организатора и устроителя в области кинопроизводства. О'кей, начальник, на кого же теперь я стану работать?
- На Дена Ларсена, - объявил я.
Сначала вроде бы до него не дошло. Но потом по изменившемуся выражению его лица стало ясно, что он начинает проникаться этой идеей.
- Почему Ларсен решил, что я когда-нибудь стану работать на него? спросил он подавленно.
- Он сказал, а я это повторяю дословно, что, поскольку вы оказались достаточно глупым и поделились с ним своим беспокойством по поводу собственной репутации, вы тем самым добровольно отдали себя в его руки. Если студия "Стеллар" не откажется от этого проекта, то он направит ей детальное описание предшествующей жизни Глории, где будете фигурировать и вы. Он убежден, что они умоют руки после того, как узнают всю подноготную этой истории.
- Подонок! - произнес он глухим голосом. - И он ведь пойдет на это! Пойдет! Вы понимаете, что это означает, Холман? - Тембр его голоса подскочил на полоктавы. - Мне конец! Он принудит меня подписать пожизненный контракт или выкинет что-нибудь и похуже!
- Несомненно, - подбадривающе поддержал я это его предположение.
- Так какого же лешего я теперь могу поделать? - Он невесело рассмеялся. Кроме возможности броситься с ближайшей скалы.
- Выход можно найти, - заметил я.
- Как? - Его лицо покрылось испариной. - Какой выход?
- Он вам, правда, не понравится.
- Наплевать, понравится или не понравится! Говорите, что вы имеете в виду!
- Если мы сумеем как-то привязать Ларсена к убийству Вилли Шульца, ответил я, - тогда, возможно, мы сможем договориться.
- Мне это не по душе, - сразу отреагировал он. - Но продолжайте.
- Если мы сможем определенно доказать, что Ларсен достаточно замешан в деле, и таким образом поставить его в затруднительное положение перед полицией, тогда договоримся, - развивал я свою мысль дальше. - Например, забудем о том, что знаем, а он откажется от своей идеи финансировать фильм.
- Ладно, - нехотя согласился он. - Но что для этого нужно?
- Полагаю, вы можете способствовать этому, - сказал я.
Его взгляд медленно тускнел.
- Каким образом? - хрипло спросил он.
- Пока еще не знаю, - откровенно признался я. - Но если я попрошу вас кое-что сделать, вы пойдете на это?
- Я сделаю все, что угодно, чтобы вырваться из нежных объятий Ларсена, решительно пообещал он. - Послушайте! Готов даже отказаться от баб...
- Надеюсь, такой жертвы не понадобится, - торжественно произнес я.
- Я тоже на это надеюсь. - Он заморгал. - Это напомнило мне кое о чем. Если вы сейчас не очень заняты, Холман, то, может быть, вы продолжите.., то.., кхе.., что я только что прервал?
- Вы насчет русалки из Малибу?
- Да! - Он натужно засмеялся. - Поймите, мне это нравится, так что не поймите меня превратно. Но эта дама ненасытная!
- Простите, - отказался я. - Но она не в моем вкусе.
- И не в моем тоже, - мрачно признался он. - Но сейчас как раз такой момент, когда вы могли бы это проверить. - Траверс горестно вздохнул. - Ну, думаю, мне следует вернуться к ней и опять обнажить клинок. Обнажить клинок!.. - Он еще сильнее закатил глаза. - Что это за дурацкая хохма?
- Может быть, ее разочарование оказалось безутешным и она уже выбросилась из окна? - пошутил я. - Как бы там ни было, я вам позвоню завтра в течение дня.
- Говорите только громче и отчетливее, - попросил он с несчастным видом. Думаю, что к тому времени я сильно сдам.
Я покинул Траверса, предоставив его злодейке судьбе, которой он страшился почище смерти, и направился к своей машине.
Поездка до дома дала мне возможность поразмыслить над всем происходящим, но толку от этого было мало. Домой я попал только после полуночи и сразу прошел в гостиную. Моя Дороти Ламур все еще сидела на диване, закутанная в то же большое банное полотенце, и читала все тот же дурацкий журнал.
- Хай! - Она опустила очки на кончик носа и посмотрела на меня поверх оправы. - Ты ужасно долго отсутствовал. Я надеялась, что ты вообще околел.
Я подумал, что, наверное, стиль жизни последних дней постепенно превращает меня в алкоголика, поскольку и теперь я автоматически поплелся к бару.
- Где они? - спросила она.
- Кто?
- Что значит - кто? - удивилась она. - Понятно, что Ральф и Глория.
- Откуда мне знать. - Я поставил на стойку два стакана и начал готовить напитки.
Она сняла очки и уставилась на меня:
- Что ты хочешь этим сказать - откуда тебе знать? Разве ты не ездил к ним в квартиру?
- Конечно ездил, - ответил я. - И застал там Глорию Клюн. Она пригласила меня войти в гостиную. Но только кто-то еще прятался за открытой дверью и съездил мне по башке. Когда я очнулся, Глории и след простыл. - Я говорил Дороти правду, хотя не полную.
- Ты разыгрываешь меня, - произнесла она подозрительно.
- Можешь, если хочешь, потрогать шишку на моем затылке, - проворчал я.
- А как же Ральф?
- Хороший вопрос, - согласился я. - Как же Ральф?
Она поднялась с дивана и подошла к стойке бара. Каким-то быстрым извивающимся движением она вскочила на высокий стул у стойки, в результате чего банное полотенце съехало на несколько дюймов вниз. Поэтому теперь край полотенца оказался, может быть, всего на дюйм выше сосков ее полных налитых грудей. Я гадал, случайно это произошло или нет, но в тот момент я на все смотрел подозрительно.
- Ты думаешь, что тебя саданул Ральф? - медленно спросила она.
- А кто же еще? - отозвался я.
- Но зачем ему это было делать? - Она взяла свой коктейль и быстро отпила от него. - Я хочу сказать, на кой шут ему это нужно? Сначала зазвать тебя в квартиру, потом ударить, чтобы ты потерял сознание, а потом бросить тебя там?
- Я и сам удивляюсь всему этому, - произнес я. - Может быть, таким образом он просто хотел продемонстрировать мне, что Глория Клюн жива и невредима?
- Какая-то бессмыслица! - Она медленно покачала головой. - Совсем никакого резона. К тому же Ральф не агрессивен.
- Любопытно, где он отыскал Глорию, - заметил я. - Он разломил бутылочку с предсказанием судьбы, и нате вам, вот она!
- Не умничай! - бросила она. - Откуда же мне знать, где он нашел ее?
- Я подумал, что, может быть, он сказал тебе об этом, когда звонил?
- Ну, он этого не сделал. - Она резко пожала плечами, и полотенце не удержалось, соскользнуло до талии. - Что с тобой, Холман? - спросила она безнадежным голосом. - Достаточно тебе только взглянуть на меня, как улетучивается вся одежда!
Она поднялась, и банное полотенце свалилось на пол. Она подняла его, снова тщательно закуталась в него и опять примостилась на высоком стуле. Получалось так, будто вы стали обладателем объемного фильма, созданного большим режиссером, который владел секретом постановки коротких, но содержательных картин.