И сейчас - в сопровождении десантниц и двух лучших гахитов Мануара - они прочесывали джунгли. От нюха альзури не могло что-либо скрыться, но если с Азрой было куда легче, поскольку Яалэ отлично знала ее запах, то в случае с сестрой и Каллисто - было куда труднее, поскольку Сайнарити опытно скрыл за собой следы. Вся надежда была на запах Азры, который странно слабел с каждой минутой все больше.
Азари-десантницы не могли засечь на карте каких-то ее следов, а как стало понятно - похитители не были глупыми и просто-напросто избавились от всех способов их обнаружить, что не могло вгонять в безысходную злобу и тревогу.
Пока идущие впереди гахиты чуть встревоженно переговаривались между собой, Яалэ наблюдала за всем сверху, пытаясь дать обзор на несколько километров в округе, однако, деревья их джунглей были столь густыми, что они являли собой почти сплошную зеленую пелену, сквозь которую еле пробивался свет трех небесных спутников Алькейра.
Кали шла прямо за мужчинами-альзури, стремясь всеми силами, при необходимости, ринуться вперед, если те что-то обнаружат.
- Лоума’нари? - спросил бурый окрасом альзури, когда Яалэ приземлилась рядом с ними, но та покачала головой, продолжая свой путь пешком.
- Сверху их точно не увидишь. Никаких огней, запахов, звуков… - Яалэ помрачнела, а Кали шла впереди, явно настроенная очень серьезно.
- Поторопись! - бросила она, глядя на поникшую альзури. - Иначе, мы точно опоздаем.
- Как?…как ты остаешься такой спокойной? - хрипло спросила она, медленно следуя за гахитами.
- Я не спокойна. - Ответила Кали, сдерживая себя. - Меня всю трясет… Я готова просто рвать и метать! Но я не делаю этого, потому что понимаю, что это делу не поможет… Нужно быть терпимее этого…
Они обшарили пространство в несколько километров, прошли вглубь на добрый десяток, пока неожиданно не увидели в небе мелькнувший синий отблеск. Огонь вспыхнул, после чего, - взорвался, создавая звучный хлопок, вибрациями разлетевшийся в стороны. Это тут же привлекло внимание всех азари отряда:
- Это сигнальный залп! - тут же сообразила Кали, дерзко прыгая на Яалэ. - Нужно разглядеть повыше!
Яалэ не стала припираться и покорно взмыла в небо, тут же зорким глазом замечая, тонкий голубоватый след энергии в воздухе, столбом идущий от земли до неба.
- Нам туда! - тут же подала голос Кали. - Быстрее, они дали сигнал - они точно живы!
Яалэ рыкнула, спикировала вниз, тут же кротко указывая гахитам дорогу, а сама, с Кали на спине, быстро устремилась в сторону, откуда все еще был виден синий отблеск биотики.
***
Внутри Каллисто все похолодело. Она до последнего отказывалась верить в то, что видит. Верить в то, что самое дорогое ей создание ее предало… Растоптала все ее чувства, разбила сердце и все это, всего за пару мгновений…
- Сегодня, она станет одной из нас!! - восторженно заводила Авреним, вознося копье вверх.
Чеза усмехалась, Каллисто чувствовала, как что-то внутри нее умирает. Как эти губы, которые шептали ей слова о вечной любви, могут так искажаться? Как эти глаза, в которые она влюбилась с самого начала - могут блистать так чуждо, злобно и опасно? Как… Чеза может быть такой?…
- Как ты могла?… - только и могла просипеть Каллисто, совсем не стыдясь слез и эмоций, пока стоящая напротив нее Т’Рия подошла ближе к ней, касаясь лица горячими кончиками пальцев:
- Все просто. Я хотела мести. Из-за тебя меня заперли в монастыре… Из-за тебя я попала в плен к юстициарам… - речи Чезы были как яд змеи, что лился по венам жертвы, постепенно парализуя ее, что сейчас и происходило с Каллисто.
- Как мило, правда? - Авреним провела ладонью по плечам Чезы, медленно расстегнула плащ, заставив ее остаться в одном нижнем белье, а губы при этом, как бы невзначай, прошлись по фиолетовой шее мягким касанием.
- Ты уже придумала, что ты хочешь с ней сделать? - спросила она, а Чеза расплылась в глумливой усмешке, недобро сверкнув глазами.
- Пока нет. Но вы обещали мне ее оставить…
- Да, как и предполагает ритуал, малышка… - Авреним гулко захохотала, тут же махая в сторону слуг рукой. - Принесите все что необходимо. Пора начинать ритуал. Сегодня, эта пташка станет одной из нас…
Барабаны вновь заиграли и в этот раз Каллисто они показались еще более мрачными и жестокими, чем раньше. Она не верила. Видела, но не верила… Сердце внутри сжало с такой силой, что она, не переставая, роняла слезы, поникнув головой и просто предоставив себя безысходности.
- Куда же делись твои хвалебные речи? - усмехнулась Авреним, смотря на поникшую Т’Сони. - А как же речь о том, чтобы…
- Если это не имеет значения для той, с кем я хотела разделить жизнь - то я больше не стану бороться. Я шла на все это ради нее, теперь… Мне незачем бороться… Я просто хочу умереть…
Слуги-охотницы тем временем принесли золотой кубок, чистые иглы и кривой кинжал. Руку Чезы тут же требовательно сжали, после чего, легко и кровожадно резанули запястье, заставив фиолетовую кровь крупными каплями падать в кубок, после чего, Авреним поступила также и с запястьем Каллисто, которая уже ничему не сопротивлялась.
Лицо Чезы стали измазывать в такой же краске, что обмазывали Каллисто, после чего, заставили встать на колени перед Авреним, где та, взяв окровавленный кинжал, порезала уже свое запястье, после, приложив ладонь к лицу Чезы, обрисовывая различные знаки и узоры. После этого, большинство барабанов утихло, стал слышаться нарастающий гул из разных боевых кличей, что издавали другие азари, вперемешку с едиными ударами самых гулких барабанов.
- Встань с колен, дитя мое, - любовно и нежно проговорила Авреним, касаясь пальцами подбородка Чезы. - Встань и стань охотницей! Долго ты страдала от палачей, что приходили по твою душу, но теперь - пришло время отплатить…
Она взглядом указала на поникшую и ослабшую Каллисто, которую тут же вновь поменяли местами с Азрой, привязав ее к алтарю.
- Ритуал начинается! - воскликнула в восторге Авреним, заводя и так взволнованных последователей.
Чеза с широким оскалом села верхом на бедра Каллисто, пока та смотрела в пустоту, смиряясь со своей участью, которую, ей, увы, нельзя было повернуть и изменить…
- Сегодня ты станешь охотницей, милое дитя. - Авреним протянула Чезе кубок, наполненный кровью Каллисто и ее собственной. - Пей.
Чеза с усмешкой осмотрела содержимое, после чего, залпом осушила бокал, тут же содрогаясь в небольшом импульсе изнутри, что заставил ее глаза заполниться тьмой. Ее губы растянулись в безумной усмешке, пока гул среди остальных нарастал, вместе с пугающим гулким ритмом барабанов.
- Скажите мне, сестры мои! - вдруг произнесла громко Авреним, обращаясь к толпе из своих слуг. - Кого вы славите? Пиарес? Богиню самой смерти? Или же Куринт? Богиню охоты? Или же мы все, с вами, славим Атаме, что ниспослала на нас свой дар, быть хищниками среди стада наивных жертв?
Она вновь обратила свой взор на Чезу, что восседала на бедрах связанной азари. Авреним передала ей в руки окровавленный кинжал, тут же объявляя:
- Перестань себя сдерживать. Убей ее, как и положено Ардат-Якши! Ощути свои настоящие «Объятья Вечности», сквозь призму смерти!
Вся толпа восторженно взвыла, пока Чеза, широко улыбнувшись, наклонилась к лицу Каллисто, которое уже ничего не выражало. Однако, когда Чеза наклонилась вплотную к слуховому каналу Т’Сони, а руку с кинжалом при этом вознесла высоко над ее грудью, от Каллисто все-таки послышалось:
- Как бы сильно я тебя ненавидела сейчас… Я все равно…люблю тебя…
Чеза помолчала всего минуту, пока не прошептала в ответ:
- Мои крылья созданы лишь для тебя…
Прежде чем Каллисто сумела что-то сообразить, рука, замершая вплотную у ее сердца, резко подорвалась к веревкам на ее запястьях, после чего, те с треском поддались. Каллисто широко раскрыла глаза и рот в изумлении, пока Чеза, схватив кинжал, метко бросила его в одну из слуг Авреним. Та схватилась за копье, начался переполох, пока Чеза яростно испустила биотическую волну, тут же накрывшую пылающее кострище в центре поляны, заставляя все пространство тут же погрузиться во тьму.