Снег под полозьями саней и телег скрипел, лошади фыркали, а солнце слепило глаза. День был ясным, морозным и теплым. Я пригрелась на солнышке, слушая, как переговаривается малышня, обсуждая кто, что хочет посмотреть или купить на ярмарке.
- А мне папа разрешил купить короткий меч! – взвился Али.
- А мне мама разрешила сахарного петушка! – показала ему язык сестра.
- А мне,… а мне… - Али посмотрела меня. – А мне с Тати разрешили пойти к магу! - Выпалил мелкий бесстыдник.
- Али! – я строго посмотрела на мальчишку, который уже по моему голосу понял, что перегнул палку. – Врать нельзя. Тэла, петушков вам обоим разрешили, а мечи вам только к лету обещали купить. – Осадила я уже обоих. – К магу вам нельзя. Лучше подумайте оба, что купите и привезёте в подарок вашей маме и братику.
Сникшая было ребятня, вновь заёрзала в санях, обсуждая новую тему, тут даже малыш Анар подключился, ему очень нравилось быть старшим братом, о чём он всем постоянно напоминал. «Я теперь старший брат!» - восторженно восклицал он, иногда подбегая то ко мне, то к другим работникам фермы.
Ребятня копошилась, а рядом сидящие девчушки перешептывались. Возрастом в пятнадцать и шестнадцать лет, они не сильно отличались от меня по возрасту, но очень отличались по мышлению. Вот и сейчас они разговаривали между собой, обсуждая молодых парней из села, и предвкушая, как будут, и с кем будут кружиться в обрядовом танце.
Обрядовый танец – был кульминацией праздника. Молодые юноши и девушки, кто ещё не был связан узами брака, и кому было от четырнадцати до двадцати лет, собирались в хоровод вокруг соломенного чучела, которое изображало бога тьмы и холода. Водили хоровод и пели ритуальную песню, пройдя пять кругов делились на пары и уже танцевали по парам, напевая всё ту же песню. Когда солнце садилось, вокруг разжигали костры и само чучела сжигали, это означало, что со следующего дня зима начнет отступать, а день снова станет нарастать.
Но до вечера мне нужно было сделать свои собственные дела. Сначала дайти до мага и сдать экзамен по магии огня, потом получить от него книгу магии земли, потом заглянуть на ярмарку, купить там писчие предметы, если и в этом году приедут торговцы из города, то возможно получится даже купить пустые листы бумаги в переплёте, для записей. Видела как-то раз такую, Хорк тогда сказал, что с ней удобней будет хранить учётные записи, а мне бы пригодилась для записи моих личных исследований в своей магии. В общем, дела были расписаны до самого вечера. Дети будут под присмотром нянюшки, которая, кстати, кажется, заигрывает с управляющим, не зря же она отказалась ехать с нами в санях.
Когда мы приехали, народу было уже много. Хотя сама ярмарка ещё не началась, и торговцы только раскладывали свои товары по лавкам, но уже кто-то пытался что-то купить, сторговаться или просто прогуливался от лавки к лавке. Наказав детям слушаться няню и передав их ей из рук в руки, я, петляя сквозь толпу, направилась к магу.
- Надо же! – Ховрат не удержался и всплеснул руками, когда я прошла его последний экзамен. – И впрямь к середине зимы управилась.
- А я что говорила. – я довольно улыбалась магу, да и самой себе тоже.
- Ох! – старик поднялся и пошёл к сундуку, куда снова спрятал, уже изученную мной, книгу. И, к моему большому восторгу, достал из него следующую. – Вот. Книга по магии земли.
Я приняла фолиант и прочла название: «Магия стихии земли. Сущность элемента». Книга оказалась не в пример толще, чем по магии огня, но в целую ладонь уже.
- Если и впрямь выучишь её до конца зимы, то в столицу поедешь уже магом со знаком второй ступени. – Ехидно прищурился старик Ховрат. – А теперь ступай на праздник, не то всё веселье пропустишь!
Дважды меня уговаривать не пришлось. С магом мы сидели долго, и время давно перевалило за полдень, а мне ещё надо было по лавкам пробежаться. Сунув книгу в сумку и снова обмотавшись шалью, я торопливо попрощалась с магом и направилась на центральную площадь.
Толпа была такая, что приходилось иногда распихивать локтями. Особенно люди толпились у лавок со всякими вкусностями и украшениями. Ну а я рыскала в поиске писчих предметов. И, пройдя сквозь очередную толкучку у лавки с кренделями, увидела искомую лавку. Тут лежал и пергамент, и бумага, перья, чернила, восковые карандаши, грифельные карандаши, чернила, тушь и те самые записные книжки в переплёте. Я видела, как несколько лавочников купили по стопке пергамента и бутыли с чернилами, торговцам часто нужна бумага и чернила, у них расчёты, учеты, вычеты, а я ткнула пальцем в книжку.