— Как тебе твое новое жилище? — спросила Бетани у Варлан на следующий день после переселения.
Варлан нагнула свою длинную шею, имитируя человеческий кивок головой.
— Намного лучше предыдущих. Однако признаюсь, я не понимаю, зачем тебе понадобилось так стараться ради меня. — Эти слова рьяллской пленницы раздались из портативного переводчика, висевшего у нее на шее.
— Моя цель та же, что и на Корлисе, — ответила Бетани. — Несмотря на вражду наших рас, нет никаких причин лично нам с тобой быть врагами.
Прежде чем ответить, Варлан какое-то время молча обдумывала слова своей собеседницы.
— Если бы ты, как и я, относилась к расе рьяллов, я бы подумала, что ты пытаешься втянуть меня в заговор против моей касты и клана.
— Я не прошу тебя предавать твою расу, Варлан. Мне хочется, чтобы ты попыталась понять меня.
— Зачем? С какой целью?
— В надежде на то, что мы сможем найти взаимно приемлемый способ поскорее покончить с этой войной.
— Я уже раньше заметила это забавное качество в твоем характере, Бетани из клана Линдквистов. Почему ты никак не можешь признать тот факт, что мы — вечные соперники и должны и далее оставаться ими? Как ты можешь пребывать в заблуждении, что у всех разумных существ есть что-то общее, когда нет никаких сомнений в том, что это вовсе не так? Что это — подход, типичный для всей вашей расы, или просто отличительная черта твоего характера?
— Думай как хочешь, ты все поймешь, Варлан, когда узнаешь нас лучше.
— Хорошо, — ответила Варлан, — я буду изучать тебя, в то время пока ты будешь изучать меня. Вреда от этого не будет, да и срок моего заключения тогда покажется не таким долгим.
Ричард Дрейк неожиданно обнаружил, что пользуется популярностью. Это произошло после известия о том, что адмирал Гоуэр назначает его начальником экспедиции, отправляющейся на поиски нового фокуса искривленного пространства. В следующие за утверждением приказа два часа он встретился с командирами всех истребителей и крейсеров. Дрейк заверил каждого претендента на место в новой экспедиции, что когда будет делаться выбор, решающим фактором в пользу того или иного участника спецгруппы станут исключительно тактические соображения.
Особенно рьяно добивался нового назначения командир «Клинка» Бэла Мартсон, чей космический корабль только что вернулся из очередного похода.
— Ты просто обязан взять меня с собой, Ричард! — умолял Дрейка Мартсон. — В конце концов, это ведь мы раскопали все это.
Дрейк кивнул головой.
— Обязательно буду иметь тебя в виду, Бэла, но сначала мне необходимо произвести оценку всех наличных ресурсов. Если твой корабль подойдет для моего плана, то как я могу не взять тебя с собой?
— Черт побери, Ричард! Мои люди не перестают ворчать и беспокоятся, что могут не попасть в состав новой экспедиции.
— Я уже сказал, капитан, — повторил Дрейк, намеренно делая акцент на звании Мартсона. Подчеркнуто официальный тон давал понять, что дело зашло слишком далеко, приблизившись к той хрупкой границе, которая разделяет дружеские отношения и служебные. — Я обязательно сообщу вам о своем решении.
Лицо Мартсона немедленно приняло застывшее выражение, в котором невозможно было распознать какие-либо эмоции.
— Да, сэр. Спасибо, что будете иметь нас в виду, сэр. Смею просить вас принять в противном случае мою отставку.
— Не сходи с ума, Бэла. Черт побери, я попытаюсь взять тебя в экспедицию, если в этом будет хоть маломальская тактическая необходимость.
— Благодарю вас, сэр!
После ухода Мартсона Дрейк немедленно приступил к планированию разведки крупными силами. Как и в предыдущий раз, первое проникновение осуществят два сандарских истребителя, причем по той же самой причине, что и во время первой экспедиции. Даже если предположить возможность атаки со стороны неприятеля, все равно остается шанс, что один из них или даже оба смогут вернуться в туманность и сообщить о случившемся. Если же никакой засады противника не обнаружится, то тогда один из истребителей останется охранять выход в фокус искривленного пространства, тогда как второй направится в Антарес, чтобы известить об этом остальных.