— Откуда ты знаешь так много подробностей про него? — спросила Кэтрин.
— Он находится здесь уже пол года, — ответил Миядзаки, — за это время я успел и ознакомиться с материалами, касаемо его создания и навидаться остального вживую. Он ведь, по сути, является моим напарником в отсутствии Кена Хаттори. Мы осуществляли с ним постоянные совместные тренировочные заезды. Вернее сказать он не имел возможности проводить их без меня, его никогда не выпускали в одиночку.
— Так может, это и стало причиной его побега? — спросил Вэндэр.
— Да нет, мы уже думали об этом, — продолжил Миядзаки, — его поведение — это результат серьёзного сбоя. Если бы он просто обиделся или что-то решил, то не стал бы молчать в эфир. А так здесь налицо его ненормальное восприятие окружающего мира. К тому же никаких психологических тенденций и предпосылок для его поступка не было, да и сделал он это под вечер, хотя спокойно мог уехать и днём. Есть и ещё некоторые формальности этого происшествия. Его сон проходит в метакамере, подключённой к общей сети станции. Через эту камеру происходит анализ состояния психической стабильности систем его головного мозга, а также возможная корректировка его состояния. Например, если наблюдается его чрезмерная раздражительность, то для предотвращения каких-либо последствий через эту метакамеру ему снимают психический криз. Это как дать успокоительное человеку в состоянии паники. Но есть также и вероятность серьёзного вмешательства в работу его головного мозга через сеть и наши операторы рассматривают вероятность хакерской атаки, как вам уже говорил Тэхэкиро Тахакаси. Данная разработка проводится в условиях особой секретности не просто так, а потому что для неё нужны общемировые согласования. При этом каждая из стран будет преследовать при выдаче положительного ответа свои экономические интересы, а мы не хотим принимать в этот проект никого постороннего и соответственно ни с кем делиться, что естественно для основного разработчика и владельца технологий. В мире существуют несколько тайных организаций, некоторые из них связаны с религиозными сектантскими конфессиями и на почве своих убеждений они ведут с нами ожесточённую борьбу, нанимая хакеров, атакуя наши сети, подсылая шпионов и так далее. Наши профессионалы не обнаружили в сети следов хакеров, но обнаружили характерные следы системных сбоев. Которые указывают на то, что хакерская атака вполне могла быть завуалирована какой-то серьёзной системной ошибкой в виде сбоя подачи напряжения с вынужденной перезагрузкой некоторых подсистем. Докопаться до истины мы не можем, да нам это и не надо, так как если и имел место вирусный код, то эти религиозные фанатики никогда не дадут нам обратного кода. К тому же нам его и ввести нечем, для этого необходимо поместить Рея в метакамеру, а для этого его нужно поймать. А если мы это сделаем, то мы просто перепрошьём его до последней кондиционной конфигурации и проблема будет полностью исчерпана.
— А почему для такой разработки требуется согласие международного комитета? — спросил Аксель.
— Ну, это просто довольно — таки, — отвечал Миядзаки, — Рей — существо экспериментальное с высоким интеллектом, наделённое целым комплексом возможностей, сравнимых с навыками агентов спецслужб. К тому же он может долгое время обходиться без еды, питья и не особо привередлив к воздуху, как мы. А также никто не знает его порога самостоятельности в принятии решений, поэтому он в некотором смысле может представлять угрозу для общества и человека. К тому же, синтетический белок, из которого он выращен, не до конца изучен в отношении воздействия вирусов и мутаций, и наш Рей при определённых условиях может стать инкубатором для новых опасных для человека вирусов. Но это в теории, на самом деле никаких прецедентов не было и всё гораздо проще, просто на высоком уровне ситуацию всегда пытаются склонить в свою сторону и рассматривают с самой угрожающей стороны.
— А зачем вы его создали? Для каких целей? — внезапно поинтересовалась Фрэя.
— Ну, был бы робот, а цели найдутся, — ответил Миядзаки и хитро улыбнулся, — на самом деле сегодня про это никто не говорит, хотя и так понятно, что мы стремимся найти себе замену в различных областях, чтобы не работать самим, это проще всего и это было естественно для человека во все времена. Раньше использовали рабов, потом применяли экономическо — правовые государственные системы, где так или иначе одни люди работали на других, а теперь мы будем эксплуатировать этих роботов.